Осколки хрусталя

Вот говорят же о сыне их главврача, что он не учится, а только зависает по клубам. Или о дочери главбуха, что она увела мужчину из семьи. Небольшой коллектив, всё равно всё известно станет со временем. Вот про них пока молчали. Теперь заговорят. Анюта во всей красе выступила.

– Господи-ии, – тихо протянула Поля, – стыдно-то как.

Но ведь она же, наоборот, старалась, чтобы всё было хорошо! Чтобы всё успеть! Дома чисто (не стерильно, конечно), готовая еда всегда есть (в холодильнике, разогреть только). Уроки у Анютки проверяет, если надо, то и помогает.

Ну, да, некогда ходить с Романом на их вечеринки или на прогулки с дочкой.

Этим Роман занимается. Но он же отец! Ему положено.

Нет, оставить работу и сесть дома, чтобы обслуживать семью, Полина не может. Для чего-то же она училась?!

– Мам, заберите Анюту к себе на несколько дней, пожалуйста, пока тут всё разъяснится.

– Я не хочу! – начала надрываться дочь. Я хочу к папе! Или к бабе Людмиле! У бабы Наташи скучно! – и дочь снова разрыдалась."

"– Если папа тебя позовёт, – сглотнув ком в горле, спокойно сказала Поля, – можешь ехать к нему или к Людмиле Николаевне.

Ты уже большая девочка и должна понимать свои действия.

– Точно отпускаешь? – дочь шмыгнула носом. – И вы с папой точно разводитесь? Я по сети прочитала в новостях.

– Мне лично папа ничего не говорил, но такие новости мне передали, – уклончиво ответила Поля.

– А как ты попала под машину? – наконец удосужилась спросить Аня.

– Как-то так получилось… я не специально, – попыталась пошутить Поля, но шутка вышла грустная. – Мам, вы меня извините, но мне реально плохо. Давайте вы завтра или послезавтра придёте. Не могу разговаривать, плохо…

Поля откинулась на подушку и прикрыла глаза.

Голова кружилась даже лёжа, и сейчас ей не было никакого дела ни до чего. Хотелось только тишины и покоя.

– Плохо всё…, – пробормотала она уже привычную фразу и отключилась.

Уже не видела, как перепуганная мать побежала за врачами, как быстрым шагом в палату вошёл Олег и всех выгнал. Как дочь с непонятным выражением то ли сожаления, то ли брезгливости смотрела на бессознательную мать.

Поля была в спасительной темноте, где не надо было думать о предательстве мужа и неблагодарности дочери.

***

– Красный, так и будешь молчать? Со школы молчишь, идиот! Видишь, до чего дошло?! – Олег откатился на стуле от стола и ткнул пальцем в сторону друга.

 – Учти, сейчас Полька как никогда нуждается в защите и поддержке. Ты в прошлый раз промолчал и отошёл в сторону, даже намёка не дал, как к ней относишься, и сейчас хочешь промолчать.

– Да не время сейчас, не понимаешь. Разве?! Не до того Полинке. Развод этот…

– Ладно. Я тоже виноват, – признался Олег. – Ты не знал этого Казанову, а я прекрасно с ним был знаком по бизнес-вечеринкам.