Отогрей моё сердце
Есения, испытав предательство мужа подаёт на развод и вместе с маленькой дочерью возвращается в отчий дом, в Заполярный край. По пути, в поезде встречается с богатым газопромышленником, Архипом, который ей делает выгодное, но непристойное предложение. Но и владелец газового промысла скрывает тайну...***- Ты мне понравилась, - открыто признался Тукаев. – Я тебя хочу как женщину и предлагаю стать моей любовницей. Я щедро оплачу тебе ночь со мной. За это не переживай. Если мне понравится будем встречаться на постоянной основе.- А больше ничего не хотите? – процедила сквозь зубы, по-прежнему глядя на мельтешащий ландшафт. Медленно повернув голову, ехидно продолжила. – Может не стоит тянуть и прямо в поезде сделаем это? Вы же сейчас хотите секса, чего ждать?- А если соглашусь, не боишься? – наклонился через стол, почти лицом к лицу, обдавая табачным дыханием. – Я не уложусь в десять минут. Мне нужна минимум ночь, чтобы насытиться, - тяжело задышал. - Я полгода не был с женщиной...
И пока Вера, разбежавшись, жадным взглядом выбирала что же больше хочется, Архип, ухватив за запястье Есению, потянул на себя.
- Хочу, чтобы ты сегодня ночевала у меня, - шепнул на ухо Архип, обвивая рукой за талию девушку.
- Но мне Веру не с кем оставить. Мама на несколько дней уехала к подруге в Пангоды, - ответила с волнением в голосе, попутно рисуя непристойные картины.
Ладонь его жгла в месте прикосновения, пробуждая природный инстинкт. И Есения со стыдом призналась себе, что желает уступить и подчиниться настойчивости шефа.
- Я вас двоих и приглашаю. Куда же девочка без мамы…, - по-прежнему не отнимая ладони со спины Есении, произнес Архип.
- У нас нет сменной одежды, - попыталась отказаться, осторожно поглядев в глаза сахаляру.
- Так не проблема, купим, - повел плечами. – Пижамы и зубные щетки?
И видя, что Есения стоит на перепутье, додавил совесть.
- Тебе не отвертеться от меня, Есения, - с нажимом проговорил в волосы, опаляя горячим дыханием. – У нас уговор…, если ты забыла, - подключая запрещенный прием – шантаж.
Есения ни на день о нем не забывала, боясь приближения часа расплаты, немного отстраняясь, тихо сказала:
- Я сдерживаю обещания, Архип Алексеевич, - ответила, акцентируя на разнице в положении и вызывая недовольство.
- Опять меня доводишь?
- Иначе не могу, - расплылась в улыбке и, сбросив его ладонь, поспешила к дочери.
Они зашли в отдел нижнего белья и трикотажа, и Архип приказал им выбрать одежду для сна, шепнув при этом, что предпочел бы на Есении сорочку из кружева для первого раза, а последующие без всего. На что Есения показала ему скромную фигуру из трех пальцев. Тукаев расхохотался, махнув головой в стороны от ее дерзости.
Вера, довольная новой мягкой игрушкой и тем, что в супермаркете Архип купил торт, смирно сидела в салоне машины, клюя носом.
Тукаев жил в элитной новостройке, что не удивило Есению. Большая освещенная парковка, огороженная детская площадка и ряд полукруглых лавочек с навесом. Мини-парк из хвойных кустарников и лиственных деревьев, в центре которого стояла ротонда, унизанная цветной гирляндой.
- Крутенько Вы живете, господин начальник, - не удержалась от сарказма.
- Ждешь, что покраснею от стыда? – улыбнулся по-доброму Архип. – Владельцы нескольких домов на свои деньги обустроили детскую площадку и зону отдыха. Выходи давай, - наклонился и толкнул ее дверцу.
Вытащив полусонную дочь, подождала Архипа и, поравнявшись с ним, пошла следом.
Жилище начальника впечатлило не меньше. Просторный квадратный коридор с тоннелями в смежные комнаты в скандинавском стиле: нейтральный светло-серый тон стен с обильной подсветкой по обеим сторонам и большой встроенный шкаф в нише.

















