«Персефона». Дорога в ад

— Старший предложил мне три варианта специализации, из которых я должен был выбрать. Выбор поощряется при обучении. Но это оказалось трудно. Сначала я не понимал критериев. Но, когда разобрался, стало ясно — только на «Персефону». Это — самый крутой крейсер на Юге Галактики!

— Значит, тогда алгоритмы у тебя не сбоили? — с улыбкой поинтересовался капитан, глядя, как ловко Бо заваривает йилан.

Пачечка была синяя с серебряной молнией. С Рэмкиных плантаций.

— Они у него и сейчас не сбоят, — сказал Дарам. — Пакет данных за последний час релевантен тому, что предоставил мне Хаген.

Есть некий хаос в работе нейронов, но это не сбой.

— А что?

— Я бы сказал, что его эмоции образуют несколько неожиданные связки."

"— А как он вообще испытывает эмоции? — Капитан мысленно поругал себя, что не глянул учебник.

Что-то же было в учебнике про эмоции у машин?

— У нас есть аналоги гормонов, — пояснил Дарам. — Они вырабатываются организмом, когда он реагирует на внешние раздражители по заданному алгоритму. Например, алгоритм оценивает информацию, как полезную, и появляется гормональный отклик, а следом — улыбка.

— А зачем это нужно машине? — удивился капитан. — Чтобы имитировать человека?

— Отклик понадобился, чтобы машина могла создавать модель себя, некую карту своих реакций на мир. Формировать понятия о хорошо/плохо. Но база этих понятий — задана алгоритмами мышления. И сбойных алгоритмов у Бо я не вижу, а вот отклик на них — не стандартный. Бо не просто видит сразу несколько возможных реакций на раздражитель, он реагирует разнопланово. Загоняет себя в ситуацию гормонального противоречия.

— Может, мы его переучили на что-то своё? И это стало противоречить его базовым алгоритмам? — спросил капитан.

Он улыбнулся, принимая из рук Бо чашку с йиланом и плюхаясь в кресло. — Сядешь ты уже, наконец? — спросил он Дарама. — Давай-ка выпьем по чашечке и успокоимся. Хочешь, я тебе свои карты открою?

Дарам кивнул и сел.

Бо поставил перед ним чашку с йиланом. И остался стоять — кресла в каюте было только два.

— Мне от тебя нужно одно, — сказал капитан, глядя, как осторожно Дарам берёт чашку в ладони, словно он забыл, как это делается. — Как ты считаешь, может Бо исполнять обязанности пилота?

Дарам сделал глоток и задумчиво посмотрел на младшего.

— А вот сейчас, — сказал он. — У него внутри настоящая буря эмоций. И вот тут есть одна странность. Если это какой-то сбой генерации, он проявился бы у родственных моделей. Мне нужно понаблюдать за ним.

— А мне гарантии нужны, а не версии. Летать ему можно?

Хатт сделал вид, что размышляет, и Бо замер.

Капитан с удивлением понял, что ощущает его напряжение. Он никогда не задумывался, как Бо справляется с эмоциональным давлением членов команды.