Пиранья

Но такой цинизм… И ведь это не вчера началось, правда? Помните старушку, у которой вы жили сразу после выхода из интерната? – Лена даже задохнулась, но быстро овладела собой, стараясь подавить рвущиеся эмоции. – Ведь это вы включили газ, уходя утром в училище. Это вы украли все ее сбережения, довольно, кстати, приличную сумму, вам потом хватило, чтобы добавить к деньгам от продажи комнаты и купить квартиру здесь – пусть маленькую, но свою, да? Вы думали, что никто не узнает? Да про деньги сразу дочь догадалась, однако Иосиф Маркович ей все возместил, он вас жалел, уговорил дочь заявление о краже не писать. Про газ никто не понял, но я думаю, что так все и было, правда?

– Ну и что? – как-то равнодушно спросила Анна, глядя в стену. – Вы не докажете. И тогда бы никто не доказал, бабка была уже того… в маразме, совсем ничего не помнила. Думаете, меня к ней от доброты человеческой подселили? Как бы не так! Я за этой старухой присматривала, чтобы она не ушла куда глаза глядят и не натворила чего-нибудь. Ну, вот, может, я и не доглядела, кто знает?

– Да-а… протянула Лена, стараясь держать себя в руках, что давалось ей все труднее. – Оказывается, вы действительно не бедная овечка, какой себя тут представляли. Я же помню, как искренне вы рыдали по убитому вашим любовником Николя Паретти, я поверила, ведь невозможно так притворяться. Оказывается, вы настолько талантливая актриса, надо же… Но честно скажу – ваша беспринципность поражает. Вы умудрились даже своих подельников обмануть, когда украли из квартиры Котова самородки и спрятали дома в банке с вареньем.

И вот тут Веткина дернулась, как от удара:

– Вы… вы их нашли?! Как?!

– Случайно. Вы здорово придумали, и если бы оперативник не уронил банку, мы бы скорее всего их не нашли. На что вы рассчитывали и как вообще узнали о самородках?

Веткина помолчала, тяжело дыша и пытаясь овладеть собой. Известие застало ее врасплох, она совершенно очевидно не ожидала, что ее так хорошо замаскированный тайник найдут.

– О самородках Котов сам сказал, предлагал Антону их купить, но тот отказался – мол, это подсудное дело, как их сбыть потом, кому, куда – в общем, испугался. А я запомнила. Надеялась, что найду кого-то, кто захочет купить – или вывезу как-нибудь за границу. Думаю, их можно было продать за хорошие деньги, хватило бы на безбедную жизнь.

– Огорчу вас, хотя это уже ничего не изменит – вас бы задержали на таможне.

– Я бы что-нибудь придумала, – ответила она с вызовом.

– Да… вы бы что-нибудь придумали… – повторила Лена, сунула архивное дело в портфель и встала: – И последний вопрос. Майора Паровозникова зачем пытались подставить? Он с вами даже не разговаривал ни разу.

– Зато со старой ведьмой слишком долго говорил, – зло пробормотала Анна.