По встречной

— Артур непредсказуем!

— Напротив, слишком предсказуем. Пойдешь и откроешь?

— Нет!

— Хорошо. Тогда открою я.

— Влад!.. Не стоит!

Он сверкнул уверенным взглядом и усмехнулся.

— Я не боюсь Артура, Катенька. И Артур это знает.

Я уткнулась в тарелку и вдруг поняла, что у меня дрожат руки.

Что сделает Артур, если увидит Влада в моей квартире рано утром?

«Ничего хорошего из этого точно не выйдет…»

Залесский поднялся из-за стола и пошел открывать. В приоткрытую кухонную дверь мне было видно изумление на лице Артура и ленивую уверенность хищника, сквозившую в позе Влада.

— Ты?!.. Что ты здесь забыл, Залесский?!

— А ты, Артур? Что забыл здесь ты? — Влад, будто отчеканивал каждое слово. Четко, медленно. Никакой спешки.

А вот Артура, судя по всему, шокировало появление на пороге моей квартиры другого мужчины. Он растерялся, и это чувствовалось.

— Где… где Катя?

— Катя здесь больше не живет. Для тебя точно. Забирай букет и проваливай.

— Что ты делаешь в ее квартире?!

— Тебя это никак не касается.

— Это ты так решил?!.. — Артур несколько мгновений рассматривал лицо соперника. Крупные ноздри раздувались, выдавая едва сдерживаемую ярость.

— Да, я так решил. — Спокойно ответил Залесский. — Поэтому забудь сюда дорогу по-хорошему! Катя не твоя, и твоей никогда не будет.

— Немедленно позови Катерину! Или ты снова держишь ее в заложницах?!

— Катя больше к тебе не выйдет, Артур! Забудь ее!

— Вот как значит, да?!

Козырев презрительно усмехнулся, провел ладонью по подбородку и вдруг бросился на Влада.

Что-то громыхнуло, зазвенело.

Я вздрогнула. Вилка в моей руке звонко стукнула о тарелку.

Дочка сидела на своем стуле, широко распахнув глаза от страха, и не шевелилась.

Козырев не успел ответить, как Влад с силой вытолкнул его обратно на лестничную клетку. На несколько мгновений мы потеряли их из вида.

От ужаса я даже не могла дышать.

""Только бы у Артура не было ножа или пистолета! Только бы не было…"" повторяла про себя, будто молитву.

Пара мгновений — и Влад шумно захлопнул дверь.

Он вернулся к нам на кухню, и меня наконец отпустило.

— Больше никаких с ним контактов, Катя! — подсаживаясь к нам за стол, приказал он. В карих глазах пылала ярость.

— В фирме остались мои документы… Как я теперь буду работать?.

— Доктор же сказал: никакой работы! После завтрака я заберу вас отсюда. До тех пор, пока ты не восстановишь руку, ни о какой работе не может идти речи.

— Но… как мы будем жить дальше?

— Теперь о вас заботиться буду я.

— Я не привыкла, чтобы обо мне заботились…

Влад пожал плечами.

— Тебе придется привыкнуть!

И принялся за остывший омлет с гренками.

Мне же кусок не шел в горло. Пытаясь успокоиться, я поднялась из-за стола и подошла к окну.