Измена. Право на семью

Мама торопливо и непослушными пальцами лезет в нагрудный карман его рубашки, и через секунду выуживает кольцо из белого золота с внушительным таким брюликом. Каждого из нас накрывает полное недоумение. Мама медленно моргает в удивлении, вытаращившись на кольцо, и дядя слабым шепотом спрашивает, вновь приоткрыв веки:

— Выйдешь за меня?

Мама переводит на него взгляд, и я понимаю по его искоркам в зрачках, что он устроил спектакль.

— Ах ты гад… — зло шипит мама, сжимая в пальцах кольцо.

— Будешь той, кого пустят ко мне в палату без разговоров? — дядя не отводит взгляда.

— Да я тебя сейчас сама задушу! — вскрикивает мама, и к ней подскакивает Аркадий и оттаскивает от койки. — Подонок!

— И этот подонок хочет с тобой провести остаток жизни, — дядя вздыхает. — Вот ты спрашивала зачем нам штамп? — взглядом окидывает палату и вновь пристально смотрит на маму. — Вот хотя бы для этого.

Тут Соня просыпается и недовольно кряхтит на моих руках.

— Да ты в своем уме?! — мама переходит на яростный шепот. — Ты вообще нормальный?!

Однако кольцо не швыряет наглому обманщику в лицо. Валерий наклоняется ко мне и шепчет:

— Я и сам едва сдерживаюсь от того, чтобы голову ему не оторвать.

— Да я в шоке, — отвечаю я, не зная, как реагировать на происходящее.

— Ты будешь, стерва, моей женой или нет? — шипит дядя.

— Буду! — тоже шипит в ответ, но в ее голосе очень много злости и возмущения.

Врачи позади нас суют руки в карманы и подкидывают в воздух разноцветное конфетти.

— Нас заставили, — говорят они на возмущенный взгляд Екатерины.

— Но я тебя все равно убью! — мама вырывается из рук Аркадия. — И витаминки себя тут лежишь прокапываешь?!

Глава 51. Задушу

— Вы были с ним в сговоре? — пру на водителя Юры, который пятится к внедорожнику. — Отвечайте!

— Он меня вынудил…

— А если бы моя мама словила инфаркт? — повышаю голос. — Из-за ваших шуточек?"

"Соня на руках Валерия сердито агукает и кидает погремушку в сторону водителя, но ее снаряд, конечно, не долетает до цели, и она срывается в злой рев. Валерий вместо того, чтобы ее укачать, делает шаг, присаживается на корточки и одной рукой подхватывает погремушку. Поднимает взгляд на водителя:

— Ничего личного, Вань.

Кидает погремушку в его бедро. Соня замолкает, улыбается и смущенно тянет ручки к лицу.

— Оставь Ивана в покое, — на крыльцо вальяжно выплывает дядя и оправляет закатанный рукав. — Работа у него такая.

— Знаешь, что? — разворачиваюсь к нему. — Это несмешно было!

— Зато доходчиво, — дядя зевает и спускается по ступеням.

— Ненавижу тебя! — из дверей выскакивает мама, а за ней семенит Екатерина.

Дядя расплывается в довольной улыбке, будто ему не в ненависти признались, а в любви.