Поедательницы пирожных

К телефонам стало опасно подходить — клиенты, как будто сговорившись, все время чего-то требовали, предъявляли претензии, нервничали, злились. Проблемы по принципу домино валились одна за другой.

В пятом часу Карина встретила в коридоре Лизу Никифорову. Ее красивое лицо было абсолютно несчастным, в глазах стояли слезы.

— Лиз, что случилось? — испугалась Карина.

— Катастрофа! Он забрал рукопись на доработку. Этого негодяя, видишь ли, внезапно осенило. Я его убью!

— Кого?

— Да Триллера! В издательстве скандал, так как они срывают график сдачи рукописи в печать. Типография стоит на ушах — им из-за этого теперь надо сдвигать все заказы. У нас горит ясным пламенем полностью подготовленная и оплаченная презентация. А этому маньяку наплевать — ему что-то там космический разум нашептал. Главное — сроки мы все согласовали, дату презентации назначили, деньги за аренду и фуршет заплатили. Журналистов специально собирали, договаривались! И вдруг — такая подлянка. Если книги вовремя не будет, что мы будем презентовать? Скандал! И Звонарев еще тут со своим увольнением.

— Может, Триллер успеет внести свои исправления и книгу напечатают вовремя?

— Вряд ли. Рукопись надо было сдавать уже сегодня. Этот гад обещает закончить свои правки лишь завтра. Или даже послезавтра. В общем — катастрофа!

И тяжко вздыхая, Лиза поплелась в свой отдел. На конспиративную квартиру Карина явилась раньше обычного.

— Чего это вы такая возбужденная? — сразу же заинтересовался Марьянов.

— Есть информация, которую срочно надо обсудить.

— Гаврюсов усыновил еще пятьдесят компьютеров, и мне надо съезжать?

— Шутите? Я даже с работы убежала, хотя там такое происходит — мама не горюй!

— Это я от отчаяния. Ладно, давайте по порядку. Что на работе?

— Звонарев увольняется. Клиент уплыл, Скворцов на Андрея наорал, ну и…

— Понятно. Вернусь — покажу им, где раки зимуют.

— Ой, пожалуйста, возвращайтесь скорее, а то агентство развалится. Но это не все. Еще одни скандал — срывается презентация энциклопедии ядов. Триллер затормозил сдачу рукописи. Она в срок не ушла в типографию. Летят все договоренности.

— А что случилось?

— Решил внести какие-то коррективы. Причем все так неожиданно. Я позвонила его редактору — она в слезах. Говорит — еще недели две назад вычитал верстку и дал добро на печать, сегодня книга должна была уйти в типографию. И вдруг вчера прилетает Триллер, донельзя возбужденный, заявляет, что его что-то такое осенило и он обязательно должен внести исправления.

— Не могли они его подальше послать? Ведь он же все подписал?

— Вы Триллера не знаете? Он там всех, включая директора, довел до истерики. Однако на своем настоял.

— Странная история, — процедил Марьянов, глядя в окно.