Поедательницы пирожных

К тому же Маша хотела обсудить с Кариной нечто важное. И это важное касалось Марьянова.

— Ну, юный коммуникатор, пирожные заказывать будем?

— А то! Здорово выглядишь, замужество тебе на пользу.

— Да брось. Ты вон, с какой стороны на тебя ни посмотри, лучишься счастьем. Причина хоть уважительная?

— Я вся в ожидании карьерного взлета, — самодовольно ответила Карина. — А это, знаешь ли, мобилизует. Личной жизни, правда, не стало, зато дел на службе — выше крыши. Прихожу рано, ухожу поздно, и все равно времени не хватает. Самое интересное, что мне действительно все это нравится. Как я жила до агентства — ума не приложу.

— Ну и отлично. Я рада, что все у тебя там сложилось благополучно.

— Есть одно маленькое осложнение. Надеюсь, оно не станет фатальным.

— Неужто служебный роман?! Ты с ума сошла. Мужики, которые втягивают девушек в служебные романы, — настоящие фокусники. Думаешь, что ты на седьмом небе, а потом оказывается, что сидишь на седьмом этаже своего офиса с разбитым сердцем и подмоченной репутацией.

— Фу, да как будто я не знаю! — отмахнулась Карина. — Тут дело в другом. Жена Марьянова меня невзлюбила. Заявилась в офис, устроила маленький шмон, нахамила мне, а напоследок обещала сделать так, чтобы ее муж меня уволил.

Внимательно выслушав историю конфликта с марьяновской супругой, Маша безапелляционно заявила:

— Ерунда. Я наслышана про эти набеги на офис мужа. Не ты первая, не ты последняя. Ты чего боишься, что Нона тебя со свету сживет?

— Судя по всему, она злопамятная. У нее глаза такие были, знаешь, как у кобры, — зловещие.

— Не волнуйся, ты не знаешь Родиона. Да он из принципа тебя не отдаст ей на съедение. У него все четко — бизнес отдельно, личная жизнь отдельно. И он, при всей большой любви к жене, не подкаблучник.

Пришла официантка с заказанными напитками и традиционными пирожными. Воткнув вилку в центр эклера, щедро политого глазурью, Карина подумала, что Машка отлично знает Марьянова, и ей можно выложить все до конца.

— Знаешь, а ведь Родион в последнее время сильно изменился.

— Не до такой степени, чтобы уволить тебя из-за капризов жены, — ответила Маша с полным ртом. — М-м-м… Какая вкуснятина! А что значит — изменился? — спохватилась она.

— Он стал более нетерпимым, категоричным, раздраженным, скрытным. Да еще зачем-то начал врать. Все эти истории с гольф-клубом, назначенными и отмененными встречами, странные поездки к Триллеру…

Карина вывалила на Машу все, что накопилось у нее на душе, и выжидательно уставилась на подругу. Та проглотила ложечку взбитых сливок, которые соскребла со своего пирожного, и авторитетно заявила:

— Проблемы в бизнесе, точно. Такие диагнозы я ставлю легко.

— Наверное, у него все-таки с женой нелады.