Попаданка. Я изменю этот мир (СИ)

Другая же прижимала к себе все теснее, но я чувствовала, что нам было мало этой близости, одежда мешала, хотелось ощутить это натренированное тело как можно ближе, ярче, теснее, да глубже, в конце концов, настолько яркими были эмоции.

По телу пронеслась теплая волна и я обняла Торса за талию, прижимая к себе еще ближе, углубляя поцелуй настолько, насколько не пробовала еще ни с кем и никогда, когда я все же расстегнула рубашку и прикоснулась ладонью к оголенной коже, с мужских губ сорвался хриплый стон наслаждения, а потом и вовсе поцелуи переместились на шею, затем на ключицу, и в итоге я услышала треск собственной ткани, а прикосновение горячего дыхания к нежной коже полностью довело меня до безумия, заставляя уже не беспокоиться о том, что мои стоны кто-то может услышать.

"

"- Подожди, - затуманенным взглядом ректор обвел помещение, нет…нет, нет, нет, ты же не хочешь…, а потом я заметила, как ректор колдует, возводя вокруг нас прозрачный купол, внутри которого даже дышать стало легче, видимо это был наш маленький домик, внутри которого мы были в безопасности, где нас больше никто бы не смог ни увидеть, ни услышать.

А уже в следующий поцелуй, я вложила всю страсть, весь жар, который плескался во мне, разгораясь от каждого нового прикосновения. Обида? Да какая еще, к черту, обида? Когда тебя целуют так сладко, так жадно, неистово, насыщаясь каждым стоном и совместным вдохом. Торс прижимал к себе отчаянно, яростно, при этом оставаясь нежным в прикосновениях, которых становилось до безумия мало.

Рубашка полетела на пол, как и оторванные части моего платья, и в чем я только потом поеду домой? Мы продолжали вести себя как безумцы, но радовало, что эти безумцы были влюбленными друг в друга.

Иначе объяснить такое поведение я не могла. Да, я смогла признаться, по крайней мере, самой себе, что я влюблена. Влюбилась как маленькая девочка, которая только вошла в подростковый возраст и видит в своем избраннике только положительные качества, игнорируя все недостатки. И по тому, каким взглядом ректор проводил по моему обнажённому телу, стало понятно, что это игнорирование недостатков взаимно.

А после того, как наши тела стали единым целым, я осознала, что счастлива. Этот мужчина будет моим, только моим. Чего бы мне это не стоило.

Спустя полчаса, я лежала на рабочем столе и еле переводила дыхание. Эту близость я с уверенностью могла назвать самой лучшей в своей жизни, да и к тому же, самой неожиданной. Когда я отправлялась на деловую встречу, я даже и представить себе не могла, чем она обернется.