Пошел вон, Чернов!

— И какова же твоя роль в этом? — всматриваюсь в глаза Константина и понимаю, что он действительно приложил свою руку.

— Вина твоего отца в том, что он жаден и купился на перспективы, которых нет, вложив деньги не туда. Вина торгаша в том… Даже не знаю, можно ли это говорить беременной женщине. В общем, я его хрен в чужую бабу не совал. Просто вовремя подвернулась девка, и он на нее повелся. Согласись, моя вина косвенная? Он сделал все сам. Влюбленные мужики на левых баб не прыгают.

Прикрываю глаза, дышу глубже. Нет, мне не хочется убить Когана. Но совершенство, которое я себе нарисовала, растворяется.

— И вот всё складывается так как я хочу. Ваш бизнес в моих руках, и он так и останется в семье, если мы поженимся. И ты не против заключить брак. Почти благородно. Я разве давил на тебя, Ярослава? Нет. Я почти святой и жду твоего расположения и сделки. Организовываю свадьбу, на которую приглашаю очень уважаемых людей. А мою невесту похищают. И нет, она не жертва и не спешит наказать обидчика, она с ним трахается и несет чушь, выставляя меня за лоха. И я всё равно даю ей время осознать. Но нет, всё безнадёжно. Ты и правда дура, Ярослава. Но это уже не моя забота. И мне и правда не нужна женщина с чужим ребёнком. Так что ты свободна. Отпускаю, — небрежно взмахивает рукой.

— А Руслан?

— Да его бы и так выпустили! Я особо не жестил. Просто выиграл время для тебя, подумать и расставить приоритеты. Выйдет он завтра. Но кусок от вашего бизнеса я откушу. То, чего и добивался. Две точки в центре мои. Но по миру не пойдете. У вас останется еще две, просто менее прибыльные. А могло быть всё иначе. И жила бы ты как царица. Я умею ценить преданных мне женщин.

— Не хочу быть царицей... — выдыхаю я, поднимаясь с места. — Тебе всё равно, всего самого хорошего. Мне сейчас нельзя копить негатив. Тем более ты прав. Ты просто сыграл на пороках моего отца и моего мужчины. Согрешили они сами. Претензий у меня нет.

Медленно иду к двери, хватаюсь за ручку, пытаясь переварить слова Когана. И не понимаю, кричать мне ему браво или ненавидеть.

— Стой! — тормозит он меня. Оборачиваюсь. — Мой тебе подарок. Чтобы не мучилась. Тот ребенок, которого родила эта девочка, не от Чернова.

— А от кого? — свожу брови.

— Не знаю. Она уже была беременна, от кого, не знает. А тут подвернулся шанс повесить ребенка на мужика при деньгах с перспективами женить его на себе и обеспечить будущее. На что я в принципе и надеялся, когда помог ей подменить результаты теста. Но нет. Вы стоите друг друга. Живите.

Киваю, выхожу, не понимая, что чувствую. В голове белый шум. Но в одном Константин прав: Чернова никто не принуждал залезать на другую женщину.

Но я этот момент уже выстрадала и пережила.