После падения

Я не должен в ней сомневаться. Я знал, что Стеф врет, но ей все же удалось пробить брешь в стене, которую я построил. Но если бы Зед спал с Тессой, он обязательно бросил бы мне это в лицо во время разговора.

Я без стука вхожу в дом и ищу Карен или Лэндона. Карен на кухне, стоит над плитой с венчиком в руке. Она оборачивается и приветствует меня теплой улыбкой, но взгляд у нее усталый и обеспокоенный. На меня накатывает непривычное чувство вины, когда я вспоминаю, что случайно разбил в оранжерее горшки.

– Привет, Хардин. Ты ищешь Лэндона? – спрашивает она, кладет на тарелку и вытирает руки о фартук в клубничку.

– Я… не знаю, – признаюсь я.

Что я вообще здесь делаю?

Каким жалким я кажусь сейчас, когда из всех мест выбираю именно это, чтобы почувствовать себя уверенно и спокойно. Я знаю, это из-за воспоминаний, как мы были здесь с Тессой.

– Он наверху. Болтает с Дакотой.

Что-то в ее голосе меня смущает.

– Это…

Вообще-то у меня не очень получается общаться с людьми, кроме Тессы, а уж в эмоциях других людей я вообще не разбираюсь.

– У него неудачный день или что? – спрашиваю я; просто дебильно.

– Думаю, да.

Кажется, у него трудный период. Он не говорит об этом со мной, но в последнее время кажется расстроенным.

– Точно… – соглашаюсь я.

Я не заметил особых перемен в настроении сводного брата. Впрочем, я был слишком поглощен идеей заставить его присматривать за Ричардом, чтобы что-то заметить.

– Когда он снова уезжает в Нью-Йорк?

– Через три недели. – Карен пытается скрыть боль, но у нее это не выходит.

– А. – Я чувствую себя все более скованно. – Я, наверное, пойду…

– Может, останешься на ужин? – быстро спрашивает она.

– А, нет.

Спасибо.

После утреннего разговора с отцом, встречи с Зедом и этой ужасной сцены с Карен я переживаю своего рода перезагрузку. Я не верю, что с Лэндоном может действительно быть что-то не так. Но я все равно не смогу разговаривать с ним в таком настроении, на взводе. Мне нужно вернуться домой в свое чертово безумие, в свою пустую постель.

Глава 111

ТессаКимберли на кухне ждет моего возвращения из университета. Перед ней стоят два бокала, один с вином, другой пустой. Мое молчание она принимает за подтверждение того, что я не знала о планах Хардина лететь в Англию.

Роняю сумку и опускаюсь на стул рядом с ней. Она сочувственно улыбается:

– Эй, девочка?

Я резко поднимаю голову и смотрю на нее.

– Эй? Ты что, не знала?

Ее светлые волосы умело уложены и безупречными волнами спадают на ее плечи. На ярком свету поблескивают черные серьги.

– Неа. Он не говорил. – Я тянусь за полным бокалом.

Она смеется и берет бутылку, чтобы наполнить бокал, который изначально предназначался мне.

– Кристиан сказал, что Хардин еще не дал Триш окончательного ответа.