После падения

Я знаю, что когда включу телефон, мне придется иметь дело с Хардином и спорить – а может, и нет – о свадьбе. В идеальном мире я бы просто подняла трубку, и Хардин сразу пригласил бы меня и объяснил, что не сделал этого сразу, подыскивая аргументы, чтобы убедить меня полететь. Но мы не в идеальном мире, и с каждой секундой я волнуюсь все сильнее. Мне больно, когда я думаю о том, что Стеф сказала ему что-то такое, что задело его настолько, что он снова стал скрытным. Я ее ненавижу. Я так сильно люблю Хардина и хочу, чтобы никакие ее или еще чьи-то слова не могли ничего изменить.

"Неуверенно достаю телефон из сумки и включаю. Мне нужно перезвонить маме и ответить на сообщение Зеда, но сначала я хочу поговорить с Хардином. На маленьком экранчике вспыхивают уведомления и значки в виде конвертов. Это одно за другим приходят сообщения, все от Хардина. Вместо того чтобы читать, просто набираю его номер.

Он отвечает сразу же.

– Тесса! Какого черта!

– Ты звонил? – робко спрашиваю я, изо всех сил изображая невинность и пытаясь направить разговор в спокойное русло.

– Звонил ли я? Смеешься, что ли! Я без конца набирал тебя последние три часа, – фыркает он.

– Что? – переспрашиваю я, но, не желая накалять атмосферу, тут же быстро добавляю: – Просто немного посидела с Ким.

– Где? – немедленно уточняет он.

– Здесь, дома, – отвечаю я, складывая грязную одежду в корзину для белья.

Кажется, перед сном предстоит большая стирка.

– Тогда в следующий раз будь добра… – Он раздосадованно рычит в трубку и начинает заново, намного мягче: – Может быть, в следующий раз ты могла бы отправить мне сообщение, что собираешься выключить телефон. – Он делает глубокий вдох и продолжает: – Ты же знаешь, как я на это реагирую.

Я ценю усилие, которое он сделал над собой, чтобы изменить тон и сказать совсем не то, что планировал. К несчастью, недавняя легкость мыслей, вызванная вином, исчезает, и на ее место приходит осознание того, что Хардин собирается в Англию.

– Как прошел твой день? – спрашиваю я в надежде, что, если предоставлю ему шанс самому рассказать о свадьбе, он им воспользуется.

Хардин вздыхает:

– День был… долгим.

– Мой тоже. – Не знаю, что сказать ему, кроме как прямо спросить. – Зед написал мне сообщение.

– В самом деле? – Голос Хардина звучит спокойно, но я все же улавливаю резкие нотки, которые, как обычно, пугают.

– Да, сегодня днем. Он написал, что приезжает в Сиэтл в четверг.

– И что ты ему ответила?

– Пока ничего.

– А зачем ты мне рассказываешь об этом? – спрашивает Хардин.

– Потому что я хочу, чтобы мы были честны друг с другом. Больше никаких секретов. Давай не будем ничего скрывать друг от друга.

Я особенно выделяю последнее предложение, надеясь, что это заставит его сказать мне правду.