Последняя из рода. Скованные судьбой.

Они не проехали и четверти пути, как увидели конный отряд. Кажется, господин Тадамори направил своих советников, потому что все трое мужчины казались настоящими старцами.

Как только Талила и ее самураи приблизились, они слегка склонили головы.

— Добро пожаловать в Восточную провинцию, госпожа, — заговорил тот, что стоял центре.

— Господин ожидает вас в поместье, — добавил второй, чуть старше, с полностью седыми волосами. — Но путь был долгим, и он велел сопроводить вас в покои для отдыха. Ужин состоится после захода солнца.

Талила бросила быстрый взгляд на полководца Осаку, затем вновь посмотрела на советников.

— Благодарю. Мы с удовольствием отдохнем.

— Это все ваши люди, госпожа? — третий, молчавший до того советник проницательно прищурился.

— Нет.

Повисла неловкая тишина, от нее ожидали продолжения, но Талила молчала. Она не собиралась говорить, что разделила отряд на две неравные части, потому что не хотела отправляться к господину Тадамори со всеми своими самураями. Большинство разбило лагерь прямо на границе Восточной провинции, а она прибыла на встречу в сопровождении двух дюжин воинов.

Молчание затягивалось. Советники смотрели на Талилу, она, с благожелательным выражением лица, — на них. Наконец, самый седой из них не выдержал. Кивнул и натянул поводья.

— Добро пожаловать, госпожа, — повторил он и взмахнул рукой, приглашая следовать за ним.

Талила с трудом сдержала изумление, когда они свернули с дороги к воротам поместья. Слева и справа от входа высились прямоугольные каменные столбы, увитые растениями. Деревянные створки были украшены резьбой в виде дракона, который словно охранял вход.

Стоило им пройти во внутренний двор, как повеяло свежестью воды и терпким ароматом цветущих деревьев. Главная усадьба располагалась чуть дальше по мощеной булыжником дороге. Чем дальше они заходили, тем Талила сильнее ощущала, насколько это место отличается от всего, что она видела за последние месяцы.

Роскошь и спокойствие здесь были почти вызывающими.

Ее и нескольких самураев, на которых она указала, проводили в главный дом, остальных обещали разместить со слугами. Талила все время ощущала на себе внимательные, пристальные взгляды и чувствовала напряжение, исходившее от полководца Осаки, что шагал рядом с ней.

Внутри поместье напомнило ей императорский дворец. Шелковая ткань, украшенная изящной вышивкой, покрывала стены. Молчаливые слуги с поклонами раздвигали бумажные перегородки-седзи перед гостями. В углах были расставлены изящные вазы с ветками цветущих деревьев. Татами мягко пружинили перед ногами, и вокруг было очень тихо. Царило странное безмолвие, отчего поместье казалось неживым.