Последняя надежда

– Ба, Николай Ефремович, что вы здесь делаете? – Привезенный мужчина поздоровался с хирургом. – Я думал, что вы в столице оперируете, а не в нашей дыре. Я вас еще на конференции по новым техникам запомнил.

– Да-да, – согласился доктор. – Так получилось, что пришлось переехать. Я так понимаю, что вас пригласили, дабы проверить мою работу?

– Боже упаси, чтобы я вас проверял. Посмотрю, вдруг вы еще какое нововведение применили. Поучусь, так сказать. – Он повернулся к Гарину. – Что же вы не сказали, что у вас здесь мировое светило медицины оперирует?

– Как будто я знал. – Пробурчал Толик.

– Ну, идемте-идемте. Не терпится посмотреть на работу мастера. – Потер руки пухлячок и посеменил к двери.

– Это кто? – Кивнул им в след.

– Это лучший врач в области. – Пожал плечами Толик. – Весь мозг мне выклевал, пока ехали. – Пожаловался.

– Переживет, – выплюнул. – Томограф где?

– Выгружают. Еле-еле пролез в дверь. Потом подключать и настраивать будут. Я его вместе с перевозной установкой купил, так что можно по деревням ездить и людей обследовать. Лике бы понравилось такое вложение. – Съерничал Гарин.

– Поговори мне тут. – Хмуро пригрозил.

Пока врачи вели консилиум, осыпая друг друга непонятными терминами, я ждал в коридоре. Настолько ушел в себя, что вздрогнул от того, что мне на плечо легла рука. Дюха. А рядом стоял хмурый Евгений Лаврентьевич.

– Что-то известно? – Спросил Анжеликиного отчима.

Он тяжело вздохнул и опустился на стоящий у стены хлипкий стул. Потер глаза. Ночь уже все-таки, а командир части далеко не мальчик.

– Я говорил со следователем. У них из ближайшей колонии два индивида сбежали четыре дня назад, предположительно отправились в эту сторону. Найти их не могут. Видимо, хорошо знают местность и где-то прячутся. Все въезды-выезды перекрыты. Сейчас зима и до конца недели их все равно должны найти. Тяжело выжить в таких условиях. – Он поморщился. – Надежда как?

Я покосился на закрытую дверь.

– Сказали ждать. Перевозить нельзя, да и в Тивже оказался один из лучших врачей в стране. Аппаратуры только не хватает, но это мы исправим. – Попытался включить голову.

Мужчина кивнул.

– Ладно. Если что-то известно будет, сразу сообщу. – Евгений Лаврентьевич поднялся и, четко отбивая шаг, направился к выходу.

«Домой поедешь?» – Спросил брат.

Я покачал головой и снова с тоской посмотрел на закрытую дверь, из-за которой доносились голоса докторов.

«Тогда держи. Мама сказала передать. Ремонт палаты завтра начнем. Ночь уже на дворе».

Взял в руки два пакета. Ага. В одном контейнер с едой, в другом упаковки лекарств.

– Спасибо.

Дюха ободряюще сжал мое плечо и тоже ушел. Он не может здесь со мной находиться, у него жена беременная и… ненормальная. Учудит еще чего.