Последний адмирал Заграты

Что все у них сложно, сплошные интриги и веками выстроенные взаимосвязи, что каждый адиген похож на паука, сидящего в центре собственной паутины, но… Но почему этот дурак Андреас не сообразил, что любая приблизившаяся к адигенской паутине муха привлечет внимание других пауков? Хотел в стороне остаться? Идиот наивный! Короче, ты, ученый хмырь, втравил нас в авантюру, выпутываться из которой, как обычно, пришлось мне…»

Из дневника Оливера А. Мерсы alh. d."

"Выстрел? Да, выстрел. И близко, алкагест его раствори, совсем рядом.

Разумнее всего было бы скрыться в лаборатории, поберечься, однако Мерса прильнул к витрине и увидел, как высоченный простолюдин, судя по одежде — сезонный рабочий, перезарядил охотничье ружье и выстрелил еще раз. К счастью, в воздух.

«Какого муля он резвится?»

Ответ пришел мгновенно — чтобы разогреть толпу. Человек пятьдесят представителей городской бедноты тащили по улице прилично одетого толстяка, на лице которого застыло выражение дикого ужаса.

И снова — порыв.

Заинтригованный Мерса выскочил на крыльцо и схватил за плечо ближайшего прохожего:

— Что происходит?

— Спекулянта взяли, — радостно сообщил тот. — Цены задирал на продовольствие, живоглот, народ обирал — надо разобраться.

— И куда его?

— В штаб Трудовой партии! Куда же еще? Где еще искать управу на кровопийц?

Ах да, конечно!

Только сейчас алхимик заметил в толпе мужиков с белыми повязками на рукавах — дружинников Трудовой партии, алкагест ее раствори. Значит, полиция вмешиваться не станет, побоится воплей в парламенте. И значит, ждет несчастного торговца незавидная участь: если «свидетели» докажут, что он задирал цены на хлеб, а они докажут, тут сомневаться не приходится, на него наложат неимоверный, в стоимость магазина, штраф. Откажется платить — сожгут дом. Трудовики уже демонстрировали загратийцам, что шутить не собираются.

«Бедолага…»

Сезонный жахнул из ружья еще раз. «Спекулянт» взвизгнул. Толпа ответила радостным улюлюканьем.

Мерса вернулся в лавку, плеснул в стакан коньяка, прошел в заднюю комнату, собираясь посидеть и подумать о происходящем, однако в дверях замер, с удивлением уставившись на увязанные в стопку книги.

— Я что-то пропустил? — Прихлебывая коньяк, алхимик медленно обошел стол и обнаружил еще одну готовую к путешествию стопку — ее составляли рабочие журналы, — и полусобранный баул. — Любопытно…

А поскольку следующий глоток коньяка ясности в происходящее не внес, Мерса решил поинтересоваться содержанием обнаруженной на столе записки:

«Продолжай собираться».

Рядом с запиской лежал замшевый мешочек, в котором прятались шестнадцать полновесных золотых цехинов.

— Похоже, я пропустил что-то очень интересное и выгодное, алкагест меня раствори.