Позволь любви найти тебя

Она показала Девину все те места, где играла ребенком с Рейфом и Ребеккой, и напомнила:

— Вы знакомились на балу с Ребеккой и моим кузеном Рупертом, за которого она недавно вышла замуж. А сегодня вечером увидитесь с ними на обеде. Тетя Джулия с семейством приехала еще утром.

— Я не хочу мешать семейному обеду.

— Не говорите глупостей. Вы наш гость. Будет очень невежливо отказаться."

"Девин с усмешкой взглянул на нее.

— И что, по-вашему, это меня волнует?

— Ах да! — Она прыснула. — Я и забыла, что грубость — ваша сильная сторона.

Он засмеялся и произнес с плутоватой улыбкой:

— Я много в чем силен, но только не в этом.

Он ее просто поддразнивал, теперь Аманда это знала. И все же его замечание заставило ее немного покраснеть, поскольку она не сомневалась — он намекал на свое умение целоваться, которое продемонстрировал ей уже дважды, а может быть, на что-то еще более интимное, о чем она могла только мечтать.

Но Девин тут же изгнал из ее головы все приятно возбуждающие мысли, напомнив, что одна из его сильных сторон — это умение обращаться с лошадьми. Он сказал:

— Пока я здесь, буду тренировать вашу кобылу. Хочу убедиться, что она не доставит вам неприятностей.

— Спасибо.

Вечером Девин все же появился на обеде, хотя Аманда уже думала, что он не придет. Офелия и Рейфел приветствовали его, когда он вошел, правда, Рейфел проявил чуть меньше радушия, чем Офелия. Эсмеральда, самая старшая сестра Престона, ради дня рождения Рейфа тоже приехала рано. К обеду она вышла с пледом в руках, да еще и в пальто, надетом поверх толстого парчового платья, и наотрез отказалась его снимать, отмахнувшись от лакея, который попытался забрать у нее пальто. Собравшиеся обменялись улыбками. Ради Эсмеральды в столовой было значительно теплее, чем обычно. Она жаловалась на холод почти так же сильно, как ее мать, Агата, отказывавшаяся покидать из-за него свои комнаты. Этот вечер не стал исключением, но на следующий день Престон собирался настоять на ее присутствии.

Джулия пришла в восторг, снова увидев Девина, и бурно поздоровалась с ним. Она сочла его самым подходящим фоном для своих резких манер, потому что он относился к ним спокойно и ни разу даже глазом не моргнул, а этим вечером Джулия была просто в отличной форме — и все из-за наряда Руперта. Руперт обладал необыкновенно привлекательной внешностью, а когда одевался в яркий атлас и принимал вид манерного неженки, женщины называли его красавцем. И делал он это нарочно, чтобы позлить мать. Срабатывало всегда.

Джулия много лет назад подавила в себе все проявления женственности, чтобы стать маленьким сыновьям и матерью, и отцом, и так изменилась, что со временем стала невоздержанной на язык задирой, веселя этим всю семью.