Позволь мне согреться

И хорошо устроились: столы ломились от угощения, прислуга подпирала стену, предпочтя оттуда светиться от радости, правда прижав оборотничьи уши к макушке и порыкивая, но к их «противоположностям» я привыкла, почти.

– Мишель! – восхищение моего любимого согрело душу.

– Княжна?! – одобрительно восторженное от наших спутников добавило уверенности.

– О, княжна-а! – от радостно торжествующего выдоха остальных «свидетелей» у меня невольно дернулся глаз.

Раз-другой, потом Людвиг спрятал меня от всех в своих объятиях и с обаятельнейшей улыбкой предложил:

– Ну что, любимая, в дорогу? Едем в Дагоран?

Почерневшим, обожающим взглядом разглядывал мое лицо, прическу, покрытые черным изящным кружевом плечи.

И стало уже плевать на все вопросы.

– Да… – прошептала я, купаясь в его восхищении и нежности.

Но ступив на порог и увидев ожидающий нас экипаж, я споткнулась, благо Людвиг удержал от падения. Кажется, у меня вырвался сиплый стон:

– Это что?..

– До столицы пять часов езды… если не спешить. Так положено, – как-то слишком осторожно сообщил Неро, – поэтому город предоставил нам открытую коляску, чтобы каждый житель Дагорана увидел прекрасную невесту наследника.

Н-да… огромное черное ландо, украшенное цветами и лентами, даже с паланкином из черного полотна, чтобы накрыть нас от солнца, но не от глаз зрителей. Как и прежний, наш новый экипаж запрягли четверкой черных огромных «монстров». Они так храпели, что казалось вот-вот с места сорвутся и понесут. А мне тут обещали неспешную прогулку?

В конце концов, тьма с этим «траурным катафалком», в столице и не такое бывало. А вот еще три лошади, привязанные к друг другу гуськом, – это из впечатлений в стиле «у нас в Дершире такого не видели».

Первого, тоже огромного черного коня зачем-то покрыли волчьими шкурами, к шее прикрепили высоченный шест, увенчанный огромным черепом неизвестного существа. Наверное, прародителя волков – вытянут сильно и клыки размером с мужские длинные пальцы.

За ним привязаны две кобылы, тоже покрытые волчьими шкурами, на боках у них приторочены корзины, не маленькие, надо сказать. У одной поклажа «украшена» белыми клыками, звякающими при малейшем движении лошади.

У второй – мохнатыми хвостами, кажется, тоже волчьими. И опять-таки, тьма бы с этими лошадьми, наверняка это дагоранские традиции и дорогой можно будет расспросить сопровождающих. Но! К кортежу стремительно стекались волки, вернее, оборотни в звериной ипостаси, отчего я машинально прижалась к Людвигу и испуганно прошептала:

– Что все это значит?

Мой оборотень выглядел необычно, виноватым, но довольным. Словно прекрасно понимал мое замешательство, но ничего не поделать.