Право на любовь

Глаза распластанного по полу мужчины мгновенно загорелись огнем ненависти.

- Да! Мой господин!

- Тогда приведи мне дочь Клейтаса, - сказал Максимилиан.

Один миг на осмысление, а потом тот с готовностью закивал:

- Да, мой господин. Я приведу эту тварь. Я все сделаю, что нужно!

По знаку императора его отпустили и позволили встать.

- Девчонка на острове, - медленно цедил Максимилиан, глядя на него и читая мысли. -  Там нет гарнизона, только личный денщик генерала и охранницы-ливийки. Ты получишь людей и помощь храма. Кое-что посильнее, чем пыльный полог, который ты пытался использовать в прошлый раз.

- О, Великий, я... - Фарьяб осекся, глазки забегали.

За попытку покушения на эмиссара положена была смертная казнь. Но император как ни в чем не бывало продолжал:

- Отправишься сейчас же. Тебя доставят порталом. И вот, - он вынул из кармана футляр на кожаном шнурке и на вытянутой руке протянул Фарьябу. - Это откроет доступ на остров. Но смотри, используй все сразу, иначе содержимое тебя убьет.

- Да, мой господин!

Максимилиан проводил взглядом футляр, который Фарьяб трясущимися руками спрятал на груди. Если бы бактриец знал, что содержится во флаконе и какую имеет силу... Это был весьма рискованный шаг. Но необходимость действовать быстро оправдывала риск.

Наконец тот закончил.

Император жестом приказал увести Фарьяба. А сам покинул зал.

***

Оттуда Максимилиан вернулся в свои покои. Некоторое время постоял на террасе, заложив руки за спину, смотрел на море внизу, на всю эту беззаботно копошившуюся жизнь. Потом поднял глаза на солнце, постоял так еще секунду и вернулся в кабинет.

По времени отсутствовал он совсем недолго, чуть больше десяти минут. А всего с того момента, как от него ушел Глава тайной канцелярии, минут пятнадцать. Пора. Он вызвал к себе секретаря.

Минуты не прошло, а генералу уже был срочный вызов. Но неофициально. Император вызывал его на беседу с глазу на глаз.

Явился Адриан быстро. Сказывалась военная выучка и привычка к дисциплине. И это было хорошо, это было Максимилиану на руку.

- Дядя? - спросил тот.

Он не стал дожидаться исполнения всех условных формальностей, сам позвал:

- Проходи.

И как только Адриан уселся напротив, подался вперед, скрестив перед собой руки, и произнес:

- Мне как-то тревожно.

- В чем дело, дядя?

Смотрел на племянника и просто любовался. Хорош генерал, силен и непроницаем. Самое время нанести ему удар.

- У меня только что был Лектион. Теперь я обеспокоен и просто не могу не сказать, - начал император. -  Мы говорили о тебе.

Теперь повернуть нож и добавить яду.

- Он проявлял нездоровый интерес к той девочке из Бактрии. Мне кажется, он что-то замышляет. Будь с ним осторожнее.

- Я понял, дядя, - бесстрастно проговорил Адриан. -  Будут еще распоряжения?

- Да.