Право на любовь

В любом случае, это отвлечет его на время и даст нам лишние час-два,  - проговорил он, обращаясь к брату. - Фарьяба берешь ты. Порталами не пойдем, он сможет их отследить. Только на крыльях.

А потом генерал повернулся к ней.

- Леди, вы полетите со мной.

Сейчас он смотрел ей в глаза, и Летта чувствовала, что генерал знает о ней больше, чем хочет сказать. Когда он догадался? В тот день, когда она поджарила его братца, или с самого начала? Бессмысленно было гадать. Она была благодарна этому сложному мужчине, что дает ей возможность сохранить свою тайну. Потому что не готова была пока открыться. Не сейчас и не так.

И все-таки это было страшно. Впервые довериться кому-то даже так.

- Хорошо, - проговорила она.

Мужчина на миг сомкнул веки, потом взглянул на нее и окликнул, не оборачиваясь:

- Сайлас, сразу, как только мы уйдем!

А в следующую секунду у самого края воды уже был огромный черный дракон.

- Мог хотя бы посвятить меня в детали, - проворчал Лектион, тоже оборачиваясь драконом.

И сразу поднялся в воздух, а Летта потрясенно застыла, глядя на него. Успела заметить только, что второй дракон низко кружил над кораблем, а потом взмахнул крыльями и поднялся выше, а в лапе у него крохотной куколкой свисал человечек.

Но тут у нее в голове пророкотал голос:

«Леди, время».

Адриан.

Черный дракон стоял в воде, а к ней вытянул огромное, почти как теннисный корт, крыло. От него расходились сполохи тьмы. Ох, как непросто было решиться. Как будто сейчас делала какой-то жизненно важный выбор. И это раз и навсегда.

Но она все же взобралась. А в следующий миг он тоже взмыл в воздух. Их укрыл покров тьмы, и, унося ее, дракон невидимой тенью первым ушел через арку пролива.

***

Как только они исчезли из вида, Сайлас мысленно досчитал  до десяти, а потом открыл футляр. Отвинтил крышку флакона и точным броском отправил это все к борту корабля. Футляр отскочил, содержимое флакона стало медленно выливаться, разъедая магическую защиту и распространяясь ядом в воздухе.

Как только магия сработала, василиск швырнул факел в воду подальше от берега и исчез из грота. А через несколько секунд наверху тоже стало все спокойно. Остров погрузился в сон.

***

Стемнело, наступила ночь.

Император Максимилиан прохаживался в своем кабинете из угла в угол. Потом отошел к выходу на террасу и застыл, вглядываясь в небо, на котором давно уже зажглись звезды. А после вернулся к столу.

Сидел, опираясь на скрещенные руки. В какой-то момент заныла старая рана на груди. Стареющий дракон поморщился и механическим жестом потер прикрытую повязкой незаживающую язву. Когда он нервничал, боль обострялась, а снадобья если и помогали, то только ненадолго.

А водяные часы отсчитывали капли, время текло.