Право на сына

 — Чувствую, что не доработала.

— Тебе еще долго? Не оставляй меня в их компании.

— Иди давай, я скоро, посижу еще немного и приду к вам.

Стас уходит, а я продолжаю над проектом. За пять лет я смогла осуществить свою мечту — теперь я дизайнер интерьеров и мне до жути нравится моя сложная, но дико интересная работа. Как можно не радоваться тому, что создаешь для людей уют и облегчаешь им жизнь.

Я действительно чувствую какую-то недоработку, но не могу понять, что именно не так. Я почти закончила весь проект, но последние две недели зависла над спальней.

Я учла все пожелания клиентов и, кажется, сделала удивительный дизайн, но… что-то не так. Светлые шторы, большой бежевый ковер на полу и широкая кровать, тумбочки по обе стороны и шкаф-купе. В углу рабочее место, лаконичные лампочки под потолком по обе стороны кровати на случай, если один из супругов захочет отдохнуть, а второй поработать или почитать. Я не знаю, чего мне не хватает, ведь Стас прав — проект по-настоящему шикарен."

"Я уже хочу закрыть ноутбук, но взгляд цепляется за пустое пространство над кроватью. Вешать там полочки не лучший вариант, а вот портреты мужа и жены и их детей — то, что нужно.

Я быстро дорисовываю их и удовлетворенная собой отправляю работу заказчикам. Думаю, им понравится. Должно, ведь я бы точно такое хотела, но нам дизайн делал совсем другой человек и над нашей кроватью красивая роспись, а не наши портреты.

Довольная собой, я покидаю комнату и выхожу на улицу. Стас послушал меня и теперь они впятером играют футбол. Мужчины на воротах, а дети пытаются отобрать друг у друга мяс.

— Так нечестно, — кричит дочь, — я даже попасть не могу!

Через полчаса приезжает Ира.

Вылезает из автомобиля и, держась за огромный живот, ковыляет к нам. Макс тут же забывает об игре, подходит к ней, целует и спрашивает, как у нее прошел день, не сильно ли она устала.

— Иди играй, — смеется. — Я пока еще не рожаю.

Она отпускает его к детям, а сама плюхается на диван рядом со мной. Мы размещаемся на террасе. Отсюда видно наших парней, слышны крики детей, но не наш разговор, а поговорить, я уверена, есть о чем.

— Господи, какой блаженство, — Ира закатывает глаза и скидывает туфли лодочки.

 — Ты не против? — указывает на пуфик и после моего “Нет” закидывает на него ноги. — Устала жутко.

— Тебе вот-вот рожать, ты не думала, чтобы перейти работать домой?

— Да, сейчас. Я до последнего буду на работе, — она смеется. — Макс задарит меня теплом и заботой настолько, что я буду хотеть поскорее вернуться назад. Ну уж нет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Поговори с ним, — замечаю.