Предать нельзя Любить (СИ)

Первую неделю… Было хреново."

"С каждым днём становилось только хуже, и я начал вычищать Малыша из своей жизни. Избавился от вещей. Поступок, которым вовсе не горжусь, но я тогда был в глубоком невминозе.

Позже пришло осознание, что это всё. Финиш. Чтобы там внутри ни дребезжало перезвоном при мысли о ней… Простить не смогу.

Эта функция во мне отсутствует. Нет её. Не установили в компьютер, а перепрошивка невозможна.

Познакомился с Леной.

В первый же вечер остался у неё, а наутро… возвращаться домой было противно до чёртиков. Позвал с собой в отпуск, и уже ночью мы приземлились в Эмиратах.

Попутчик из меня получился так себе, но девчонка терпеливая оказалась.

Расплачиваюсь с таксистом и убирая бумажник во внутренний карман, осматриваю железную подъездную дверь. Ветер вновь напоминает о том, что в моих глазах колючий песок.

И всё из-за одной сучки, решившей, что ей всё можно.

Сжимаю зубы до противного скрежета.

Остановившись у окна между первым и вторым этажами, набираю ей СМС, предварительно убрав номер из чёрного списка. Зачем добавлял туда, не знаю? Она не позвонила ни разу.

Лживая, безжалостная девка.

«Выйди»

«Я у тебя на этаже»

Сообщения тут же отмечаются, как прочитанные, но ответа нет.

«Быстро»

Опять молчание. Минут пять пялюсь в окно на ночной двор. Снова луплю по экрану большим пальцем.

«Через две минуты иду будить твою покровительницу»

Реально сделаю это.

По хрен.

Замок на двери щёлкает и из неё выбирается Малыш. В какой–то дурацкой, разноцветной пижаме на пару размеров больше, волосы собраны на макушке в забавную баранку, а на бледном лице сонный пофигизм, взрывающий адреналин в моей крови до максимума.

Красивая, пздц.

– Живой? – спрашивает хриплым голосом.

Опирается спиной о стену и равнодушно вглядывается в моё лицо.

– Были сомнения? – отвечаю грубовато, поднимаясь на один лестничный пролёт.

– Скорее надежды.

Хрупкое тело дрожит, но я списываю это на страх и неприязнь ко мне. Еще в забегаловке реакция Арины показалась ненормальной.

Я ей противен. Практически так же, как сам себе.

– Всё время забываю, что передо мной лже-юрист, – произношу ядовито. – Ты в курсе, что существует статья за умышленное причинение вреда?

Молчит и сопит.

– До восьми лет ограничения свободы, между прочим, – замечаю, поясницей опираясь на перила и складывая руки на груди.

Мы стоим буквально в метре друг от друга.

– Ради такого мудака, как ты, не жалко и отсидеть, – проговаривает еле дыша и медленно прикрывает глаза.

– Так может, мне стоило прогуляться с твоей папкой в полицию?!

– Может, и стоило, – безразлично пожимает плечами.

Длинные ресницы подрагивают, а кожа на щеках усеивается багровыми пятнами.

– Ты дура? Скажи мне?

– А как же? – приоткрывает глаза через силу. – Конечно, дура.