Предатель. ( Не) его семья
- Папа! – девочка подбегает к любимому, тянет к нему ручки.С открытым ртом наблюдаю, как мой Паша подхватывает ребёнка, при этом зло смотрит на меня. Почему дочь сестры называет его папой?- Уходи! - цедит сквозь зубы, - ещё не хватало, чтобы Алина тебя увидела, - оглядывается на детскую площадку парка, на девушку, которая играет с ещё одним ребёнком.- Паш…, - теряюсь от слов и грубого, до жути холодного голоса любимого.- Пошла домой, живо! - всё тем же тоном, - я скоро приду, - кладёт ладонь на голову девочке, закрывает её ушко, прижимая второе к своему плечу, явно для того чтобы ребёнок не слышал слов.- Павел?!Выражение его лица меняется, страх скользит по красивым чертам. Наш малыш сильно пинает меня изнутри - срывая с губ стон. Резко развернувшись, он быстро удаляется на зов Алины
- Я помогу, - говорю тихо сиплым голосом и аккуратно обнимаю Милану за талию, становлю на ноги, наклоняюсь, пальцами подхватываю пояс на резинке, тяну вверх.
Как только Мила полностью одета, вновь подхватываю её на руки и укладываю на каталку. Малышка морщится, поднимает руку вверх, трогает свои волосы, губы вновь дрожат, глазки прикрывает, жмурится.
- Всё будет хорошо, - говорю полушёпотом и толкаю каталку на выход.
Пока возвращаемся в приёмное отделение, оба молчим. Мне многое хочется сказать, но не сейчас, сейчас необходимо к врачу, как только Милане окажут помощь, определят в палату, её явно не отправят домой, вот тогда и поговорим. Милана же даже глаз не открывает. Она явно не желает видеть меня, ведь это я, причина всех её несчастий, боли и страданий. Завожу каталку в приёмную, к нам сразу же выходит доктор.
- Я посмотрел ваши снимки, переломов нет, ушибы, ссадины, на голове имеется гематома, нужно наблюдение, к тому же…
Доктор замолкает, когда ловит на себе взгляд Милы.
- Пришли в себя, очень хорошо, - нависает над Миланой, заглядывает ей в глаза, просит следить за его пальцами, задаёт вопросы, как себя чувствует, есть ли жалобы, помнит ли она всё?
На последнем вопросе глаза любимой наполняются новыми слезами.
- Ну-ну, Милана, не стоит плакать, всё заживёт, забудется, время лечит, - говорит мужчина, - сейчас мы вас определим в палату, несколько дней вас нужно пронаблюдать, гематома на голове, это не шутки, будем надеяться, что всё обойдётся, - выпрямляется мужчина, поворачивается ко мне, - вы кем приходитесь девушке?
Хочется сказать будущим мужем, но боюсь реакции Милы.
- Близким человеком, - выдавливаю из себя, смотря на Милу.
Её губы дергаются в кривой усмешке.
- Угу, - поджимает губы мужчина, косит взгляд на малышку, - вы можете привезти ей вещи, средства гигиены и обязательно документы?
- Всю привезу, - обещаю доктору.
- Сколько мне здесь быть? – заговаривает Милана, очень слабым и тихим голосом.
Мурашки бегут по всему телу от её голоса, я уже и не надеялся услышать его.
- Дня три точно, - отвечает врач.
- Я не могу, - выдыхает Мила, - у меня ребёнок, - голос дрогнул, дыхание участилось.
От слов Милы пробивает током. Идиот! Я совсем забыл про Мишу! Я знаю, что сынок в доме деда, там Светлана, она всегда рядом с Кристианом, она хороший доктор, и за малышом она присмотрит! Но сердце сжимается от тревоги. Он один, среди чужих людей, Кристиан ему никто!
- У вас есть кому за ним приглядеть? – хмурит брови.
- Да, но…
- Ват и замечательно, а вам необходимо лечение, и это не обсуждается, - строго говорит мужчина.
- Я позвоню Свете, - говорю Милане.
Судорожный вздох малышки, и слабый кивок головой.
- Сейчас вас поднимут в палату, - смотрит на любимую, - а вы, - взгляд в мою сторону, - отправляйтесь за вещами и не забудьте про документы.

















