Предатель. ( Не) его семья

Он красивый мужчина, привлекательный, уверена, за ним табуном бегают девушки, но душа моя закрыта к нему. Возможно потому, что ещё не переболела Павлом, не отошла от предательства, а ещё Миша, мой мальчик, все мысли сейчас только о нём. А та тоска, что поселилась во мне, скорее всего от нехватки общения. Светлана не сильно разговорчива, она ходит мрачной, сильно задумчивой, словно робот выполняет свои обязанности, как врача с Мишей.

Вторая девушка, которую я видела в первый день приезда в этот дом, и вовсе исчезла, возможно с ней бы я нашла общий язык, но её нет.

- Милана, - вздрагиваю от голоса Светланы, задумалась настолько, что не услышала, как женщина вошла, - идём, с тобой хочет поговорить Кристиан, - с каменным выражением лица, говорит женщина.

Немею от такой новости, что нужно от меня этому старику? Я прекрасно помню нашу первую встречу, и чем она закончилась.

- Зачем? – тихо спрашиваю женщину.

- Понятия не имею, - ведёт плечом, - идём, не заставляй человека ждать, он и так не в лучшей форме, - поджимает губы, недовольно сверкает глазами.

Ей не нравится, что я не понеслась сломя голову к её хозяину.

Нехотя поднялась с постели, мне намного лучше, но тянущая боль во шве ещё есть, и я думаю она ещё не скоро пройдёт, хотя это только мои предположения, в моей жизни до того не было операций.

Гошу в себе желания подойти к кувезу и посмотреть на сына, выхожу из комнаты, несколько шагов по коридору и я у двери комнаты Кристиана. Светлана открывает дверь, кивком головы показывает, чтобы я заходила, делаю, как велят. Женщина не заходит за мной, закрывает дверь с той стороны, я же перевожу взгляд на лежащего на огромной кровати старика и чуть не вздрагиваю от пронзительного взгляда.

- Добрый день, - говорю пересохшими губами, стоя около порога не решаясь пройти до одного из стульев, что стоят чуть в стороне от кровати.

- Проходи, - без слов приветствия командует пожилой мужчина.

Хам! Появляется в голове мысль.

Делаю, как говорят, прохожу до ближайшего стула, присаживаюсь на самый край, по-другому сидеть пока не могу, а точнее боюсь, кажется, что мои швы могут разойтись.

Пристальный взгляд не исчезает, дед Павла следит за мной, словно я вор и вот-вот могу спереть что-то в этой комнате. Мы молчим, я же не знаю о чём говорить, а мужчина не спешить озвучивать цель моего нахождения здесь. Опустив глаза себе на колени, жду, когда хозяин дома подаст голос. Проходит, наверное, уже минут десять, я нервничаю, ерзаю попой по краю стула, то сжимаю, то разжимаю ладони в кулаки.

Я помню, как отзывался о своём пожилом родственнике Павел. Он говорил, что его дед очень тяжёлый и жесткий человек. Я, конечно, придумывала образ Кристиана, но он никак не вяжется с моим вымышленным. И всё потому, что ещё никогда не встречала таких людей.