Бешеный

Когда мой парень в очередной раз повернулся ко мне спиной, снимая с рук бинты, мой взгляд опустился на накаченные ягодицы. Подлецу все к лицу, как некстати вспомнилось.

Несмотря на очевидный сексуальный вид, я все равно не могла просто стоять и созерцать, потому что довел! ОПЯТЬ.

Пришлось сжать челюсть и сосчитать до десяти, чтобы не рвануть сразу же.

То есть, он может продолжать заниматься своим любимым делом, что кстати не шибко законно, и отец его не одобрял до сих пор такие забавы, но Багирову все «по херам», как он любил выражаться.

А мне вот нельзя устроиться на законную работу, чтобы получать какие никакие деньги за свой труд?!

Я думала, что меня разорвет на части от гнева, но затем я глубоко втянула воздух и почти дружелюбно прошептала:

— Почему я не могу заниматься тем, что мне интересно?

Миша резко развернулся на пятках. Как на шарнирах. Вот умел он давить аурой, это же просто феноменальная способность.

— Секретуткой работать, чтобы старый хер думал, в каких позах тебя нагнуть? ЩАС! — это стало последней каплей.

Вот однозначно последней. Миша раскраснелся, руки сжались в кулаки. Грудь ходила ходуном.

— Да ты, ты что несешь вообще! Если в твоем понимании секретарь-референт — это шлюха, то проблема исключительно в тебе, а этот контакт мне дал наш преподаватель по связам с общественностью, для меня это практика, КОТОРУЮ Я НИГДЕ НЕ МОГУ ПОЛУЧИТЬ ИЗ-ЗА ТЕБЯ! — шагнула навстречу, а затем грозно тыкнула пальцем в горячую стальную грудь. Миша моментально перевел разъяренный взгляд на мою руку. По лицу поползла дорожка пота.

Боги, он сейчас просто максимально наполнен тестостероном, и я вообще не знаю, почему не дождалась, пока он успокоится. Не могу я просто держать язык за зубами, меня если прорывает, то окончательно и бесповоротно.

— Попроси меня так, чтобы я согласился на эту чертову работу, — шептал на ухо, скользя ладошками вверх по уже возбужденному телу. Поглаживающие движения горячих пальцев как будто специально отвлекали. Губы царапали мои. Я жадно глотала спертый воздух, смешанный с запахом пота и похоти.

Взглядом я уже сожрала Мишу, но вела себя исключительно сдержано, насколько могла. Если бы он сейчас залез ко мне в трусики, топонял бы все без слов. Не злилась я уже почти, ой не злилась.

— А что ты хочешь? — облизала обветрившиеся губы.

Багиров смотрел на меня игриво, сублимировал, да?

— Хочу тебя везде, — провел губами по шее. — А еще я приду к тебе на работу и посмотрю, что там за поця, мамкина доця.

Что-то внутри вопило о том, что надо сопротивляться, да только мимо.