Прерывистый шепот

 – Ты рассказал своей жене, чем ты занимаешься в Братве?

– Она знает, что я отвечаю за транспортировку.

– Значит, ты ей не сказал.

Я опускаю взгляд на свой стакан.

– Нет.

– Рано или поздно она узнает, ты же знаешь.

– Не узнает. Я сделаю все, чтобы она никогда не узнала.

– Михаил…

– Ей все равно, что у меня с глазом. Или что у меня шрамы. Не знаю почему, но ее это не волнует. Она никогда не спрашивала, что случилось, хотя я знаю, ей должно быть интересно. Но я не могу рассказать ей, что делаю для Братвы… Не думаю, что она смогла бы пережить это.

– Вот дерьмо. – Он сжимает виски́. – Ладно, я поговорю с Максимом, может, он сможет заменить тебя…

– Нет. Сбор информации – моя работа. И вообще, кто может быть лучшим дознавателем, чем тот, кто сам испытал на себе большинство пыток?

Бьянка– Боже мой, это потрясающе! – Нина стонет и снова тянется вилкой к кастрюле.

Крупный повар, стоящий по другую сторону стола, берет кастрюлю за ручку и придвигает ее к себе, говоря что-то по-русски и указывая себе за спину."

"– Малыш хочет это. – Нина берется за другую ручку кастрюли и начинает тянуть ее к себе.

Повар отпускает кастрюлю, вскидывает руки вверх и уходит.

– Козырь с ребенком срабатывает каждый раз. Игорь мало что понимает, но это слово ему знакомо. – Нина ухмыляется, наматывает на вилку еще одну порцию макарон и отправляет ее в рот.

Я не могу удержаться от смеха, беру другую вилку и присоединяюсь к ней.

Позади меня раздается звук, словно кто-то прочищает горло, я оборачиваюсь и вижу Михаила, который придвигает стул и садится рядом со мной.

– Это наш ужин? – Он вскидывает бровь. – Тот, который мы должны есть вчетвером? В столовой?

Я откладываю вилку:

– Это Нина начала. Мне пришлось присоединиться. Было бы невежливо позволить жене пахана есть в одиночестве.

– Понятно… – Он слегка покачивает головой и наклоняется ко мне: – Можно попробовать?

Я улыбаюсь, накручиваю на вилку немного пасты и подношу к его рту. Нина наблюдает за всем этим с другого конца стола с широко раскрытыми глазами и открытым ртом.

– Ни хрена себе, – бормочет она, но Михаил пропускает ее реплику мимо ушей.

– Это ты приготовила? Я думал, они пригласили тебя на ужин не для того, чтобы ты приготовила его.

– Ну, технически это сделал Игорь, – поясняет Нина. – Бьянка просто инструктировала его, а я помогла с переводом.

– Интересно, как это получилось.

– Я подсказывала, а Нина пихала Игоря в ребра, когда он не слушался.

Михаил поднимает руку, проводит пальцем по моей щеке, и его губы слегка растягиваются в улыбке. Она мимолетна и буквально через секунду исчезает, но мое сердце все равно замирает. У него красивая улыбка.

Дверь кухни на другом конце комнаты открывается, и входит пахан с мрачным лицом.