Пустая карта. Уравнение измены

И тот оставался в неведении, равно как и бабки-сплетницы у подъезда.

«Как же, женившись на Мэри, меня угораздило шляться в открытую?– сам у себя поинтересовался Стрельников. – Хотя бы из уважения к жене мог и поостеречься. Видать, после смерти Дунина у меня башню снесло, утратил бдительность»."

"Стрельников скосил глаза на соседние кресла, где к иллюминатору прилип Ленька, а рядом с ним сидела Мэри с Евой на руках. Дочка что-то жалобно шептала и гладила мать по груди.

«Вспомнила, пиявка», – мысленно ругнулся Витольд, а вслух позвал:

– Иди ко мне, котенька.

Пусть мама отдохнет.

Прижав к себе дочку, Витольд снова окунулся в воспоминания. После развода Тамара с маленьким сыном переехала на Коммунаров, поселившись этажом ниже Лиды и Марка.

«Вот у кого можно выведать подробности той старой истории, – нехотя отметил Витольд. – И позвонить Чегевару, может, старик прольет свет на странный заказ. Но самое главное, отвезти семью в Кирпичники. Там в закрытом поселке безопаснее всего. А детям на свежем воздухе раздолье, и Мэри под присмотром».

Мысли лениво перетекли на работу, затем на Чапая и Сказочника.

Уткнувшись отцу в бок, тихо сопела Ева, и Витольд, разморенный дорогой и воспоминаниями, сам не заметил, как уснул. Сон на краткий миг вернул его в детство. И мама каталась с ним на карусели, а отец стоял неподалеку и радостно махал рукой маленькому Виташке. А потом в одночасье все закружилось в водовороте. Исчезли родители. Из сна и из жизни. И пластмассовая лошадь с карусели вдруг развернулась и больно ударила копытом. Сначала по плечу, а следом по голове.

Глава 23.

Часть 2.

Сон как рукой сняло. Но копыта били снова и снова. Витольд быстро продрал глаза, почувствовав удар в предплечье. Дурацкий игрушечный пони, ведомый проворными ручками Евы, резво проскакал по плечу и подбирался к носу. Дочка, стоя ногами на соседнем кресле, радостно цокала языком. Стрельников аккуратно убрал взбесившееся игрушечное парнокопытное от своего лица и, усадив малышку к себе на колени, ласково поинтересовался:

– А как зовут твою лошадку, Ева? Ты уже придумала имя?

– Эльза! – радостно воскликнула дочка.

Исподволь Маша наблюдала, как муж с дочкой рассматривают новую игрушку.

«Скандала не избежать, – подумала Мэри, глядя на пони, – Эльза точно обидится».

Она окинула взглядом  наклонившиеся друг к другу головы. Большую с кротким ежиком каштановых волос и маленькую с русыми растрепавшимися хвостиками.

«Надо же, эту неделю Витольд держался стойко. Никуда не сбежал, и даже не показал виду, что его замучили дети».

Маша повернулась к сыну, принявшемуся рассказывать о полете на вертолете.