Пустая карта. Уравнение измены

– Витольд Александрович, миленький! Здравствуйте!

– Архипова уже оперируют? – осведомился Стрельников, проходя в отделение.

– Так нет еще, – залепетала Федоровна. – Галина Владимировна репозицию сделает, а ждут Ефимчука, там внутренние разрывы…

– Я вместо него, –  поморщился Витольд. – Давай готовь мне пижаму и позови Голумбовскую. А то как не допустит к операционному столу…

– Как же такое возможно? – искренне изумилась Федоровна и поспешила в оперблок.

Витольд прошел в ординаторскую и взял наскоро заполненную историю болезни.

«Архипов Никита Васильевич». Он всмотрелся в рентгеновские снимки.

Раздроблены кости голени на правой ноге и бедро на левой. Плюс внутреннее кровотечение. Повреждены почки и селезенка.

За спиной послышались быстрые шаги, и в кабинет ворвалась Галка Голубовская, бывшая сокурсница. Худая, с впалыми щеками и ежиком черных волос, заядлая курильщица и страстная матерщинница.

– Мать твою за ногу, Стрельников, – беззлобно ругнулась Галка, обнимая незваного гостя. – Тебя сам бог послал. У нас по общей хирургии молодой сопляк, а тут дело серьезное. Ефимчук пока доедет, больного потеряем.

– С тобой мы его не потеряем, – улыбнувшись, заметил Витольд.

– Просто обязаны выцарапать. Помоги мне, Галка!

– Ты его знаешь?

– Вместе выросли, – бросил Стрельников и обратился к Федоровне: – Ну, что там? Готово у тебя?

– Пять минут, Витольд Алексаныч! – пропела санитарка.

Стрельников вышел в коридор, где на него сразу уставились несколько пар глаз.

– Что? – выдохнула Мэри, умоляюще глядя на мужа.

– Все под контролем, – тут же заверил Стрельников и, обняв ее за плечи, повернулся к Архиповым. – Никитка поломался маленько. Но ему не привыкать. Не в первый раз.

Сейчас все косточки соберем, что оторвалось, пришьем, и будет как новенький.

– Ты правду говоришь? – с сомнением протянула мамОля."

"– Я сделаю все, что в моих силах, – ушел от ответа Витольд и тут же велел: – Бать, мамОля, там внизу дети в машине. Вы бы с ними поехали в Кирпичники, а? Майя, забирай дядю Колю и Агату. – Потом перевел взгляд на жену и друга и заметил чуть тише: – Останьтесь.

Сергей сразу все понял и поморщился, словно от боли. Кровь! Если потребуется переливание, то родные брат и сестра окажутся лучшими донорами.

– Бать, я прошу, – повторил Витольд, собираясь вернуться в отделение.

– Нечего тут сидеть, после я все сам расскажу.

– Я останусь, Виташа, – отрезал Чапай. – Оля, езжай с внуками домой, они там извелись в машине поди.

– Уснули дорогой, – вставила Маша и тихо позвала мужа, уже открывшего заветную дверь: – Вит!

– Мэри, – пробормотал Стрельников, обнимая ее. – Я люблю тебя.

– Я тебя тоже, – всхлипнула Маша. – Спаси его, пожалуйста!

– Постараюсь, мое сердечко, – тихо заверил Витольд. – Он еще должен переломать мне ноги.