Босс для Золушки (СИ)

— Я ведь уже спасла тебя в прошлый раз, помнишь?

Немного приободрившись, Костя кивает гораздо увереннее.

— Ну, вот видишь, — подытоживаю я. — Значит, со мной ты в полной безопасности. Ну что, идём?

Я протягиваю раскрытую ладонь. Из домика мы уже выходим к Царевичеву вместе, держась за руки.

— Папа, мы… — с воодушевлением начинает Костя, явно намереваясь ляпнуть насчёт собаки. Но я разочарованно цокаю языком, и он передумывает. — Мы идём гулять!

— Отлично, — на лице босса читается удовлетворение. — Я в тебе не ошибся, Катя. Должность няни твоя.

— А как же я? — недоумевает бывшая няня.

— А вы свободны, — равнодушно отвечает Царевичев и нетерпеливо смотрит на часы. — У меня скоро совещание. Катя, у служебного входа дежурит моя охрана. Она будет с вами.

— Хорошо. Мы в парке погуляем.

Перед уходом босс ерошит сыну волосы, внимательно глядя на меня… и неожиданно подмигивает.

— Приятной прогулки.

Сунув руки в карманы брюк, он лениво идёт к выходу. Бывшая няня растерянно смотрит то на меня, то на его удаляющуюся спину. Потом торопливо бежит за ним:

— Артём Александрович! Подождите…

Бездомную собаку я действительно подкармливаю время от времени. Это очень худой и старый эрдельтерьер, явно когда-то брошенный хозяевами на произвол судьбы. Живёт в дальнем безлюдном конце парка давным-давно, ещё с тех пор, когда я работала во «Дворце» уборщицей.

— А как зовут собаку? — спрашивает Костя, доверчиво шагая со мной по парковой дорожке.

Позади на некотором расстоянии за нами следуют знакомые амбалы, немного смахивающие на бандитов в своих черных полуспортивных костюмах. Гоша и Лёша.

— Не знаю. Если хочешь, ты можешь придумать ей имя сам.

Старый эрдельтерьер по обыкновению прячется под раскидисто-низкими ветвями самой большой в парке голубой ели. Меня он узнает издалека и приветливо виляет мохнатым обрубком хвоста.

Костя смотрит на него зачарованно. Так обычно реагируют дети, у которых дома нет питомцев, но которым очень хочется их завести. Любопытно, почему такой любящий отец, как Артём Александрович, не купил сыну какого-нибудь породистого щенка.

— Катя! Давай назовем собаку Люси? — шепотом предлагает он.

— Это мальчик. А Люси — имя для девочек… — Уголки детского рта расстроенно опускаются вниз, и я хмыкаю: — Хотя какая разница? Пусть будет пёс Люси. Как из песенки.

— Мы никому не скажем, что это мальчик, — решает Костя и протягивает ручку за ведерком, которое я взяла с собой. Туда кухонные работники обычно стряхивают объедки с тарелок перед тем, как загрузить их в посудомойку.

Мне становится смешно. Ага, так никто и не догадается, что Люси — кобель. При наличии наглядных мохнато-круглых доказательств, висящих ниже хвоста.