Раз и навсегда

– Вы намеренно не хотите замечать происходящего! Кэролайн Коллингвуд в курсе всех on dit[6], и она говорила мне: никто не верит, что мы с вами всерьез питаем интерес друг к другу. Болтают, что мы поддерживаем легенду о помолвке лишь ради дяди Чарльза. Но теперь вы дрались на дуэли из-за того, что кто-то прошелся на мой счет, и это меняет все. Теперь они подсчитывают, сколько времени вы проводите в доме, когда я нахожусь там…

– Как ни странно, но это мой собственный дом, – протянул Джейсон, и его брови сошлись над горящими зелеными глазами.

– Я знаю, но дело не в этом. Теперь все, в особенности леди, наградят нас всеми возможными пороками.

Если бы речь шла о ком-нибудь другом, то этому не придавали бы такого значения.

Голос Джейсона обратился в тихий, леденящий душу шепот:

– Вы ошибаетесь, если считаете, что я придаю хоть малейшее значение тому, что думают люди, включая вас. Не трудитесь читать мне лекцию о принципах, ибо у меня их нет, и не принимайте меня за джентльмена, коим я вовсе не являюсь. Я жил в таких местах, о которых вы даже представления не имеете, и везде занимался такими делами, которые оскорбили бы все ваши пуританские чувства.

Вы невинный, наивный ребенок… А я никогда не был невинным. Я даже никогда не был ребенком. Однако, поскольку вы так озабочены тем, что думают люди, это легко поправить. Можете провести остаток вечера со своими жеманными ухажерами, а я найду кого-нибудь, кто будет развлекать меня.

Виктория была так сконфужена и обижена его неоправданным выпадом, что не знала, что и сказать, когда он отошел от нее. Тем не менее она поступила точно по его высказанному в такой грубой форме рецепту, и хотя на нее стали бросать меньше омерзительно любопытных взглядов, настроение у нее было ужасное.

Оскорбленная гордость заставляла ее делать вид, будто она наслаждается танцами со своими партнерами и вслушивается в их льстивую болтовню, но на деле ее слух был настроен лишь на звуки голоса Джейсона, и ее сердце екало, когда он оказывался вблизи.

С нарастающей тоской Виктория наблюдала, как Джейсон хладнокровно стоял в кругу трех прелестных блондинок, которые соперничали друг с другом, добиваясь его внимания, и из кожи вон лезли только ради того, чтобы увидеть, как он нехотя улыбается.

Не раз после прошлой ночи она позволяла себе погрузиться в воспоминания о сладости его поцелуя. И сейчас она просто не в состоянии была думать ни о чем, кроме того, чтобы он опять стоял рядом с ней, а не флиртовал с теми дамочками, и дьявол с ним, с общественным мнением!

В этот момент молодой человек лет двадцати пяти напомнил ей, что она обещала ему следующий танец.

– Да, конечно, – вежливо, но без энтузиазма ответила она. – Кстати, который сейчас час, мистер Баскоум? – спросила девушка, когда он повел ее в танце.