Рябиновый мед. Августина

И повела подруг в чайную. Там их напоили чаем со сдобными калачами. Ася долго сомневалась — удалось ли столь странным образом закрепить их клятву дружбы, поскольку калачи были непростительно пышные, а услужливый половой так подобострастно увивался вокруг их стола, что совершенно не было возможности придать ритуалу необходимую таинственность. Впрочем, эта чайная стала на долгие годы местом их маленьких пиршеств… Ася — аккуратистка и молчунья, надежная хранительница чужих секретов, Манечка — добрая душа, напрочь лишенная эгоизма и зависти, и Сонечка — огонь и ветер. Только втроем они ощущали себя по-настоящему счастливыми и на протяжении гимназических лет оставались неизменной неразлучной троицей."

"Отец Сонечки, Данила Фролович Круглов, держал чайную с постоялым двором на углу торговой площади. Дом Кругловых находился в Останкове, за Обнорой. Там же Кругловы имели землю, на которой трудились старшие братья девочки и наемные работники. Сонечку привозили в гимназию на двуколке.

В просторном ореховом шифоньере, что стоял в светелке верхнего этажа дома, чего только не было! Платья, шляпки, каморы, пелерины, капоты и палантин. А лент, бисера, цветных пуговиц!

Но сама-то Сонечка была абсолютно равнодушна к содержимому своего шифоньера и однажды призналась Асе, что хотела бы родиться мальчиком и всегда сожалеет, что это невозможно.

— Честно говоря, я до самой гимназии надеялась, что когда-нибудь стану мальчиком, как братья, — со вздохом сказала ома, наблюдая, как Ася перед зеркалом крутится в ее капоре.

— Зачем?

— Да затем, что мне нравилось все, что нравится им. Лазать по деревьям, скакать на лошади, играть в войну! А меня наряжают в эти неудобные длинные платья, которые вечно цепляются за ветки да колючки.

Ася находила интересным такой взгляд на вещи, но не больше. К тринадцати годам ее начала немного смущать растущая грудь, но в остальном роль будущей женщины ее вполне устраивала. Она подозревала, что богатая подружка немного кокетничает, и легко прощала этот маленький грех. Сонечка, в свою очередь, находила в аскетизме тоненькой гордой Инны что-то притягательное. Старалась перенять у той манеру держаться, двигаться, говорить.

Уклад дома Кругловых существенно отличался от хозяйства Сычевых, где жила Ася. Из всех детей Кругловых в гимназии училась лишь одна дочь. Мальчики же, окончив начальную школу, становились помощниками отца, работали в многоотраслевом хозяйстве Кругловых. Голос Данилы Фроловича — зычный, густой — раздавался то там, то здесь. Хозяину до всего было дело.