Рябиновый мед. Августина

Владик ждал, страстно желая, чтобы мать подошла сначала к нему, а уж потом, если ей так уж необходимо, — к директору. Но он видел, что мать колеблется. Еще бы, ведь директор ее начальник, и она его, поди, побаивается.

— Мама, там же Варя ждет! — громко и сердито напомнил он.

Мать жестом подозвала сына, молча достала из кармана ключ, вложила ему в ладонь и тихонько подтолкнула в сторону погреба. И приложила палец к губам, приказав молчать. А сама как ни в чем не бывало повернулась и пошла по направлению к директору. А тот, когда она подходила, совсем не злился, а даже, как показалось Владлену, застеснялся. Поспешно выбросил свою папироску и сапогом ее затушил. И свой френч стал одергивать зачем-то. Станет или не станет жаловаться матери на Владика?

Впрочем, дожидаться было некогда. Мальчик что есть духу помчался отпирать погребную пленницу.

Варя больше не плакала. Сидела на перекладине деревянной лестницы, опустив голову на руки.

— Ну что там?

— А Вадим уехал. На красивой черной машине.

Варино лицо исказилось. Владику показалось, что она совсем не рада за Вадима. Девушка выбралась из погреба и, даже не сказав мальчику «спасибо», побрела к замку.

В конце июня в «Красных зорях» проходили выпускные торжества. Сначала в красиво украшенной транспарантами и флагами столовой выпускникам вручали свидетельства об окончании школы. После был концерт, который для старших приготовили малыши. Затем в нижнем холле устроили бал. Принесли из учительской патефон и стали танцевать. Детдомовские парни танцевать не умели, поэтому девушкам приходилось вальсировать с преподавателями. В холле царило оживление, все улыбались и шутили.

Варя Коммунарова не танцевала. Она одиноко стояла у окна, прижав к груди свое свидетельство и две похвальные грамоты, и смотрела куда-то поверх голов своих танцующих подруг.

Августина, глядя на нее, вспомнила свое лето 1915 года. Грусть и озабоченность тех дней показались ей зряшными. Ведь она была молода, ее любили, и многое было в ее власти. Ах, если бы сейчас все вернуть!

Она подошла к девушке:

— Поздравляю тебя, Варя.

Варя скользнула по ней холодным взором — не простила погреба. Пожала плечиком — с чем, мол, тут поздравлять?

— Ты обязательно должна танцевать. Ведь это твой праздник, он не повторится.

— Хорошо, — безо всякого выражения сказала Варя. — Подержите, пожалуйста, мои документы.

Она отдала Августине бумаги и прямым ходом направилась к директору. Пригласила на танец самого Капитана Флинта!

Тот, пожалуй, слегка растерялся, но танцевать все же вышел. Августина не без интереса наблюдала: как же он выпутается? Ногу свою он потерял в Гражданскую.