Риверстейн

А потом делала страшные глаза и ругала лорда Даррелла, который запретил ей являться на занятия, в таких выражениях, что у меня уши от стыда загорелись. И откуда только она это все берет? Рассказ о том, как «злюка-лорд» улетел в кусты от моего удара, ее слегка взбодрил и примирил с произошедшим.

Тем не менее подруга постановила без нее на занятия не являться.

– Кстати, а почему ты не переоделась?

– Во что? – не поняла я. Ксеня смерила меня взглядом и постучала мне по лбу костяшками пальцев.

– Ветряна, ну ты даешь! Нет, ты, конечно, всегда была рассеянной, но не настолько же! Ау! Оглянись! Ничего новенького не замечаешь?

Я послушно оглянулась.

Мать-Прародительница! Вот это да! Увлекшись происходящими со мной событиями, я как-то пропустила изменения, произошедшие в Риверстейне.

А они были, и весьма значительные.

Во-первых, изменилась сама ученическая, в которой мы сидели, да и весь замок, похоже. Там, где раньше чадила одна масляная лампа, заставляя послушниц подслеповато щуриться, выводя буквы на пергаменте, сейчас сияла под потолком люстра, в которой было не меньше полусотни свечей.

И на длинных столах тоже уютно расположились светильники, давая дополнительный свет. На окнах появились симпатичные занавеси, а в углах – кадки с вечнозеленым ногульником. А главное, исчезло огнище, наше наказательное место – огороженный закуток, усыпанный острыми камушками, слюдой и горохом, куда на колени ставили ослушниц. Там же всегда располагалась кадушка с крепким соляным раствором, в котором вымачивались розги.

Во-вторых, изменились сами воспитанницы. Благодаря сытной еде девочек оставили пугающие худоба и бледность, мордашки порозовели, а глаза засияли.

Изможденный и забитый, испуганный взгляд, столь искажающий лица, исчез, и я с удивлением обнаружила, что многие воспитанницы весьма привлекательны. И платья… О-о-о… Как же я не заметила?

Вместо привычных коричневых балахонов на воспитанницах были платья! Светло-зеленые на младших и бирюзово-синие на старших, с тонкой вышивкой по подолу и горловине, из-под которых кокетливо выглядывала белая нижняя рубашка.

– Рот захлопни, сорока! – ласково посоветовала Ксеня. – Я же тебе вечером такое же платье на кровать положила, ты что, не видела? Их вчера привезли, девчонки чуть с ума не сошли, когда увидели.

Я думала, в Риверстейне крыша поднимется от их визга.

Конечно, я не видела! Краем глаза зацепила какой-то сверток на прикроватном столике, но и только. А утром меня из комнаты вообще выдернули такую сонную, что я только при виде дракона и проснулась. Какое там платье, я и по лестнице спускалась, стараясь не открывать глаз!

– Потрясающе, – прошептала я и, не удержавшись, потрогала ткань Ксениного платья.