Риверстейн

– В Пустоши?

– Да, и у нас в Пустоши, и в Пычиженске пропали двое. И в Загребе… И дальше, почти у границы – тоже. И главное, с собаками охотничьими искали, мужики всю округу прочесали как гребешком – и то не нашли! И следов нет! Как испарились.

– Совсем никаких следов? Куда ж они делись?

– Вот и непонятно куда! Есть следы от дома до лесной кромки, четкие такие, и собаками взятые, и охотникам видимые, а потом – пу-уф! – и все. Как испарились детки-то!

– Как же они ночью из домов незаметно выходили? – задумчиво протянула я.

– Почему ночью? – удивилась Данина. – Средь бела дня все! Ночью-то насторожились бы, не пустили, а тут никто и внимания не обратил!

– Так это не Зов? – слишком радостно брякнула я.

Данина охнула, обмахнулась тряпкой, словно мух отгоняя. Посмотрела осуждающе.

– Да Святая Мать с тобой и духи ее верные, святые старцы! Что ты такое вслух говоришь! Еще беду накличешь! Нет, вроде не… то самое. Днем же, да и никаких признаков у деток не было.

Признаков не было. Конечно, кто ж скажет, если они и были. Ага, ищи дураков. Однако от мысли, что пропавшие дети ушли не по Зову, мне стало легче.

– Вот мало нам той напасти было, сколько бед от Зова, сколько горестей! А теперь еще и днем пропадают! Это что ж делается?

– Так, может, зверь какой? – предположила я. – Волк или медведь? Вон их сколько в лесах развелось!

– А следы? Следов-то нетути! Уж нешто охотники звериный след не распознают? Или не заметят? Нету следов!

Я снова задумалась, машинально перебирая сухие корешки. И правда странно. Куда же они подевались? Представила себе мальчишку в коротких штанишках, ботиночках и тулупчике, вот смешно он топает по деревне, водит палочкой по земле, гоняет за щекой вкусную сладкую ягоду с медом, пинает шишку. Топ-топ, на земле остаются четкие следы его ботиночек, и ему весело и не хочется возвращаться, только сладость уже заканчивается, и мамка будет ругаться, что опять он дошел до самой кромки, куда ходить нельзя, но так хочется. И вдруг…

И вдруг… Я зажмурилась, словно вот-вот увижу это «вдруг», пойму, что там произошло и куда делся розовощекий мальчишка с веточкой в руках.

– Держи свою настойку! По глоточку пей, когда сильно в сон клонит, и не больше трех глотков за раз, Ветряна!

Я встрепенулась, осоловело уставившись на травницу. Даже не сразу поняла, что это она мне в руки сует. Ах, настойка… ну да. Разочарованно запихнула склянку в карман юбки, но не забыла поблагодарить женщину.

* * *– Чего так долго? – подскочила мне навстречу Ксеня. – Одевайся скорее, на вечерню опоздаем!

Сама она уже наматывала на волосы платок, натягивала кожух.

– Давай-давай, шевелись! Не хватало еще по пальцам получить за опоздание! Все уже ушли!

Я схватила свой тулуп, на ходу закручивая косы под платок.