Риверстейн

Но я уже и сама видела, что зверь исчез и глаза заполнились тьмой. И усталостью. Смертельной усталостью. Как тогда, в Черных Песках, после битвы со змеемонстрами. Тяжелая гнетущая опустошенность.

– Кто он для тебя? – спросила я. – Саарххард?

Мне бы так хотелось, чтобы он сказал «никто». Но я и сама чувствовала ответ. Не заметить их сходство было невозможно.

– Брат, – спокойно ответил Арххаррион. – Старший брат. Единственный кровник. – Он отвернулся. – Иди, Ветряна. Мы поговорим… потом. Иди, – и усмехнулся словно сам себе, – кровь схитов сильнее человеческой.

Гораздо сильнее… Уходи. И лучше… поскорее.

Я поспешно натянула на мокрое тело платье и, путаясь пальцами в шнуровке, выскочила в коридор.

* * *В синей комнате все так же спала Ксеня. Я застыла у окна, прижала ладони к горящему лицу. Потом удивленно на них посмотрела. Поток воздуха легонько погладил меня по щеке. Я ахнула.

Как это у меня получается? Я ведь сделала все даже не задумавшись, как рукой взмахнула! И это показалось мне таким естественным, правильным!

Я опасливо покосилась на Ксеню, боясь разбудить.

И повела ладонью. Теплый ветер всколыхнул мне волосы, растрепал, обвился вокруг меня, словно обнимая. Ласково пощекотал кожу, глаза, губы. Прошелся по платью, завертел подол вокруг моих ног. И стих. Улегся у ступней, притаился.

Я изумленно пощупала ткань платья – сухая. И даже нижняя рубашка высохла и стала теплой, словно висела над углями. И с волос больше не капает.

Удивительно.

– Спасибо, – прошептала я своему воздушному зверю.

Странно, но я ощущала его именно так: живым существом, притаившимся у моих ног. Воздух лизнул мне пятки.

Я не сдержалась и рассмеялась от восторга.

– Вот скаженная… дай поспать, – сквозь сон пробормотала подруга.

Я тихо ойкнула, зажала рот рукой, затем натянула ботинки и потихоньку выскользнула из комнаты.

С нижнего этажа доносились звуки песнопений, отчетливо тянуло смолянистым духом. Значит, Аристарх окончательно пришел в себя. Ох, бедные послушницы!

Я тихонько, по стеночке обошла лестницу в нижний зал и повернула к выходу. Спать совершенно не хотелось. Хотелось на воздух, на снег, в лес… Я блаженно зажмурилась, предвкушая… Нет, в лес сейчас все же не пойду.

Завтра. Когда взойдет солнце, когда эта ночь наконец-то закончится.

Проскользнула тенью мимо трапезной и потянула на себя тяжелую входную дверь приюта. Вышла.

Темный лес за стенами Риверстейна светлел, уже не нависал темной громадой, а золотился в рассветных лучах иголками, ветвями, стволами. Легкая снежная дымка окутывала мир Приграничья, а новая заря алела на горизонте обещанием радости и света. Я вдохнула полной грудью и снова рассмеялась.