Риверстейн

Как я ни пыталась убедить ее, что не голодна, остановить старушку не удалось. Соскучившись по общению, она даже достала из-под половиц кувшин со сладкой клюквенной настойкой и торжественно разлила по кружкам. На мой вопрос о ее имени махнула рукой.

– Так бабкой Фрошей все величают, деточка!"

"Мы распили с бойкой старушкой по кружке настойки, закусывая моченой капустой с брусникой и рассыпчатой кашей. За маленьким окошком уже зажигались первые небесные светочи, когда я осторожно спросила:

– Бабушка Фроша, а вы слышали что-нибудь о схитах?

– Это хто ж такие, деточка? – удивилась она, подслеповато щурясь.

– Народ такой был, – вздохнула я, – только давно. Они умели вызывать ветер. Или дождь со снегом, или разворачивать воду…

– Хм, – старушка задумалась, – не знаю… Вот слышала я о синеглазых людях, что жили где-то за Большой водой. У них была власть над стихиями, у каждого – своя. Ты о них спрашиваешь?

– Наверное. Вы говорите, они владели стихиями? Какими?

– Так то известно, деточка. Шесть их всего. Всегда было и будет.

– Какие же?

– Кхе-кхе… Воздух, земля, вода, огонь, жизнь и смерть.

– А что с этими людьми случилось, не знаете?

– Нет, деточка. То ж всё россказни да небылицы. Может, и не было их вовсе, так люди придумали от нечего делать да по глупости. Не бывает же такого, чтобы были люди, а потом пропали? Куда ж им деться-то? А тебе они зачем?

Я с грустью покачала головой, но, к счастью, объяснения уже не потребовались. Разомлевшая от еды, настойки и долгого разговора баба Фроша засопела, поклевывая носом. Я осторожно потянула ее к печке и помогла устроиться на лежанке. Уже через мгновение старушка крепко спала.

Я взяла ее сморщенную ладонь, тихонько влила в нее Силу, отчего бабуся порозовела и задышала легче. И пошла в другую комнатку, устраиваться на тюфяке.

* * *Присутствие Арххарриона я почувствовала еще до того, как проснулась. Поэтому даже не удивилась, когда, выйдя из комнатки, обнаружила его сидящим на лавке. Баба Фроша бодро пересказывала ему наш вчерашний разговор и смутилась, увидев меня.

– Ох, деточка, – пролепетала старушка, – а у меня же… коза недоеная!

И выскочила за порог, споро шурша разношенной обувкой. Я села на лавку напротив Арххарриона.

– Благое утро, Ветряна, травник возьми вон там, – усмехнулся он.

Я вспомнила утро в Белом Стане, но улыбаться в ответ не стала. Вместо этого сказала:

– Я думала, ты уже отправился в Хаос. Ты ведь говорил, что проводишь нас только до Вечного леса.

– А ты не рада меня видеть?

Я не ответила, посчитав это лишним. Он тоже помолчал, внимательно рассматривая меня.

– Да, я собирался, – вдруг сказал он, – но передумал. Я помогу вам с Ксеней. А потом твои друзья отправятся домой, а ты поедешь со мной в Хаос. И останешься… со мной.