Риверстейн

– Всем вернуться в здание приюта! – приказал мужчина, и мы послушно потянулись ко входу, словно бесплотные тени в белой снеговерти.

Глава 10

Снег закончился так же внезапно, как и начался. Вот только что кружились в воздухе мохнатые снежные бабочки, и – раз, все прекратилось.

В это время все уже сидели в трапезной. Кстати, спор никто не выиграл. Щедрость куратора никуда не делась, но и изысканных блюд нам на завтрак не подали. Все было просто, но очень сытно и вкусно: гречневая каша с молоком и медом, теплые лепешки с маслом и вареные яйца. Еды было вдоволь, Авдотья даже добавку предлагала, но мы все равно по привычке припрятывали в карманах фартука остатки еды.

К моей большой радости, на завтрак пришла и Ксеня. Выглядела она значительно лучше, на бледных щеках появился румянец, даже веснушки снова проступили! Да и на аппетит подруга не жаловалась, уплетала за обе щеки, еще и за добавкой сходила. Два раза. Я даже забеспокоилась, что Ксеня лопнет!

Но какой там! Девушка вытерла губы холстиной, блаженно похлопала себя по заметно округлившемуся животу и сыто улыбнулась.

– Рассказывай, – скомандовала она.

Я тайком осмотрела зал, не желая, чтобы нас подслушали.

Но воспитанницы были так увлечены едой, что можно было обсуждать что угодно в полный голос, не таясь!

Однако говорила я все же шепотом, низко склонив голову к уху подруги. Единственное, о чем я умолчала, – это ночной визит в мою комнату демона. Во-первых, я совсем не уверена, что мне это не приснилось, а во-вторых… А во-вторых, не хотелось об этом рассказывать. Даже единственной подруге.

Поведав об остальном, я замолчала. Ксеня отрешенно комкала в руках холстину.

– Ну что? – поторопила я ее. – Что ты об этом думаешь? Как считаешь, что имела в виду Златоцвета? Какую дверь?

Ксеня подняла на меня грустные глаза.

– Может быть, ту, через которую вернулась я? – тихо сказала она.

И я испугалась. Столь явно, что подруга вздохнула и отвернулась, демонстрируя, что ЭТО мы обсуждать не будем. И сказала преувеличенно весело:

– А ты видела портрет лорда Даррелла, который нарисовала Рогнеда? Нет? Ну, ты даешь, Ветряна! Такой редкостной гадости я в жизни не видела! Мало того, что он там изображен на белом жеребце, так еще и полуголым! То есть в одних… портках! Правда, Рогнеда утверждает, что на нем традиционный наряд для рыцарского турнира, но что-то я сомневаюсь! По-моему, Рогнеда тупо влюбилась! Представляешь, она носит эту пакость, в смысле портрет, с собой, в лифе, а ночью кладет под подушку! Брррр!

Мы дружно расхохотались, поглядывая в дальний угол, где и обосновалась «художница».

Рогнеда вспыхнула и отвернулась.

Отсмеявшись и переведя дух, я снова понизила голос до шепота.

– Меня беспокоит, что Данила не приходит. Боюсь, как бы с ним чего-нибудь не случилось.