Рваные валенки мадам Помпадур

На тот момент он уже признанный «сенековед», защитил докторскую диссертацию, ходит по институту, втянув голову в плечи – нимб давит на лоб, шея тяжести не выдерживает.

Я засмеялась:

– Маловероятно, что издатели будут выпускать одну и туже книгу под почти одинаковыми названиями. И Сенека не настолько популярен, чтобы опус о нем хватали, как детективы Смоляковой.

Димон поднял указательный палец:"

"– Вот тут ты ошибаешься. Во-первых, произведения разные. Вначале автор пишет: «Великий Сенека часто обдумывал свои работы во время пеших прогулок». В другой книге иная фраза: «Гениальный Сенека часто обдумывал свои теории на ходу», в третьей: «Неповторимый Сенека бродил по берегу реки, погруженный в мысли». Почувствуй разницу. И самый главный момент: есть требования ВАКа, в которых четко указано: чтобы стать кандидатом наук, необходимо иметь определенное количество публикаций в профильных журналах. Если ты замахнулся на докторскую, в анамнезе должна быть монография. Идешь на вершину горы, штурмуешь звание академика? Покажи подборку книг, иначе не видать тебе мантии. Издательств, специализирующихся на выпуске нечитаемых томов, мало, человеку без научных регалий попасть в круг авторов практически невозможно, на рукопись потребуют рецензию от маститого коллеги. И здесь начинается самое интересное. Рецензент сделает пару поправок, а потом либо намекнет, либо заявит прямо:

– Я долго работал над твоим сырым произведением, фактически мы теперь соавторы, надо поставить на обложке две фамилии.

– Это настоящий рэкет, – возмутилась я.

– Условия игры, – усмехнулся Димон. – Когда желторотый аспирант станет профессором, наступит его час, он будет «помогать» молодым. Подобная практика очень распространена в научном мире. Научный руководитель заставляет аспиранта написать книгу, а затем она выходит под двумя фамилиями, это честная процедура. Есть нечестная, ученик ваяет рукопись, руководитель относит ее в издательство и выпускает под одним именем, своим.

Глава 23

– Воры! – воскликнула я.

– Без публикаций в науке нет продвижения, – резюмировал Коробок. – Самому не пробиться, необходим тяжеловес, который придаст новичку ускорение. Возьми в научной библиотеке каталог и увидишь: мало кто из ученых пишет в одиночестве. Да вот сейчас…

Коробок пошевелил мышкой.

– Далеко за примером не пойдем. Некий Соловчук[20], психолог. Первая книга: Андреева, Григорьев, Соловчук. Вторая, третья в том же составе. Затем изменение в авторах: Григорьев, Соловчук, Мякин. Небось Андреева умерла, и Григорьев стал у них там завкафедрой.

– Не по алфавиту их поставили, – заметила я, – надо Григорьев, Мякин, Соловчук.

– Нет, тут играет роль статус, – объяснил Димон. – Мякин явно совсем зеленый, ему и замыкать тройку.