Рыцарь уполномоченный. Книга 1. Опер с большой дороги

Кузнец, не выспавшийся, но очень довольный, достал из под прилавка арбалет с прикладом. Мужик потрудился на славу. Я взял потяжелевшее оружие в руки, приложил к плечу, прицелился и спросил довольно:

– А где можно испробовать?

– На заднем дворе, – кивнул Хвалын, и, кивнув нам головой, потопал в другую дверь.

Мы вышли, и я взял болт. Зарядил арбалет и прицелился, удобно уперев приклад в плечо. Зажал дыхание и выстрелил. Болт прошил старенький щит, стоящий вместо мишени, точно в центре. Я удовлетворённо кивнул и улыбнулся…

Глава 16

Вопрос с дальнобойностью худо-бедно был решён.

Оставался вопрос с борьбой против закованных в латы рыцарей. Вряд ли повезёт мне так же, как повезло с уставшим и вымотанным Корном. Если закованный в броню рыцарь налетит на меня, да ещё и на коне, меч мой максимум можно будет как зубочистку использовать. Спасут, конечно, копья Хмыла и Дрона. Но, могут и не спасти. Копьё с доспехов соскальзывает легче лёгкого. А второй раз уже и прицелиться не успеешь. Насколько я помнил, в нашей земной истории в этом случае очень помогали так называемые кистени или моргенштерны – гири на цепи. Эти гири, если размотать и по дуге пустить в рыцаря – сбивали любой транспортёр на раз. Но вот такого оружия я в лавке как раз не увидел. И спросил об этом у кузнеца. Хвалын потёр черепушку. И попросил нарисовать и объяснить, как выглядит подобная штука. Мне что? Мне нарисовать и объяснить не трудно. Объяснил. Нарисовал. Объяснил, что вес шара должен быть от двух до трёх фунтов. Тогда инерция от оружия будет действительно сногсшибательной. Хвалын покачал с сомнением головой, но спорить не стал. Попросил прийти к обеду. Благо, гирька подходящая у него была. Цепей тоже хватало.

До обеда мы болтались по рынку. Там закупили провизию. Поулыбались местным красавицам. А в обед вновь пришли к Хвалыну. Кузнец, весь закопчённый, но довольный показывал мне кистень. Ну, или моргенштерн. Тут кому как удобнее. Сделано всё было точно по моему заказу. Трёхфунтовая гиря. Деревянная, удобная рукоять. И цепь чуть менее метра длиной. Конечно, с такой длиной прицелиться немного сложнее, чем с более короткими цепями. Но! Я помнил главный принцип кистеня: один удар – один труп! И тут чем больше размах, тем больше ударная мощь оружия.

Физику даже в этом мире никто не отменял. И чтобы наверняка свалить бронетранспортёр в лице здешних рыцарей – полумерами лучше не ограничиваться.

Корн вместе с Хвалыном скептически посматривали, как я взвешивал кистень, привыкая к тяжести. Как подошёл всё к тому же старенькому щиту. А потом крутанул над головой оружие и обрушил било в центр щита. Ожидания оправдались! Снаряд не просто пробил – разнёс в щепы деревянный щит и Хвалын удивлённо ахнул, а Корн восхищённо заматерился.