Счастье рыжего цвета

Ты в голову-то ее слова не бери! Галка просто судит обо всех по себе, вот и тявкает.

Ульяна с Костиком учились в одном классе. Парень оказывал Ульяне знаки внимания весь выпускной класс. А потом, в день выпускного, когда они уже всем классом гуляли по набережной, прощаясь со школой и с родным городом, они первый раз поцеловались. Через месяц он должен был уехать поступать в институт, так что сейчас можно было целоваться, зная, что все это не всерьез. Именно так они оба и воспринимали свои отношения. В конце концов, это был необходимый опыт для них обоих.

Вот и получали они свой опыт на полную катушку.

Костик уехал через месяц, а еще через месяц после его отъезда Ульяна поняла, что беременна. И она пришла к бабушке. А к кому еще пойдешь с таким?

– Будешь рожать! Ничего, вырастим! – последовало категоричное. – А счастливый отец знает?

– Нет, – Ульяна покачала головой, – ба, да и какой из Костика отец?

– Это да. Действительно, никакой! Ничего. Сами воспитаем. В нашу породу пойдет, в Крыловскую.

О том, что он стал отцом, Костик, конечно, узнал. Только вот сообщила ему об этом не Ульяна.

Костик приехал летом на каникулы. В маленьком городишке, пусть даже и курортном, такие новости быстро разносятся. Они встретились с ним все на той же набережной. Ульяна возвращалась из магазина, а он просто прогуливался. Он, гордый студент – отличник, возмужавший и раздавшийся в плечах, и она, мать – одиночка. Дашульке тогда шел 4-й месяц, ночь накануне была бессонной. Девочка часто просыпалась и засыпала, только взяв в рот грудь. Большая грудь Ульяны от молока раздулась еще больше. Она сама себе напоминала цех по производству молока.

– Привет! – только и сказал Костик, увидев ее, не выспавшуюся, с закрученными в гульку волосами и без грамма косметики на ее конопатом лице. Какая косметика, когда у ребенка или первые зубки режутся, или колики, Ульяна еще не поняла. Тут бы на улицу, в магазин, в домашних тапочках не уйти!

– Спит? – Костик попытался заглянуть в коляску.

– Спит, – кивнула настороженно.

– Как назвала?

– Даша. Дарья Александровна Крыловская.

– Почему ""Александровна""? – удивился Костик только отчеству, но не фамилии, что Ульяна дала дочери.

– А ты бы хотел, чтобы ""Константиновна""? А Галина Владимировна разве не будет против? – Ульяна усмехнулась.

О том, что у Ульяны ни до, ни после Костика парней не было – это знали все. Все свои же. Все друг у друга на виду.

Дочка завозилась, просыпаясь. Ульяна наклонилась, поправила пустышку в ротике у дочери и выпрямилась, придержала тяжелую грудь рукой. А выпрямившись, поймала жадный взгляд Костика на своей огромной груди. Ей стало обидно. Ведь он знает, что это его дочь, а смотрит только на эти раздувшиеся шары, которым ни один нормальный бюстгальтер не подходит.