Секретарь старшего принца 8

Аромат корицы касается меня первым, затем — жар окружающего Элора воздуха, и, наконец, — он сам прижимает меня к витринам, упираясь ладонями по обе стороны от меня. Улыбается прямо в лицо:

— Ну же, расскажи мне, чем покрывало, которое ты только что так очаровательно прятала в укромное местечко, отличается от тех, которые сиротливо лежат в гардеробной. — Элор склоняется ко мне ближе, но не целует, а добирается до моего уха, щекочет его дыханием. — Чем они такие особенные?

И голос весёлый. Увы, в его распоряжении слишком много данных, слишком много моих прошлых проколов: он и раньше считал, что я украла у него покрывало, которое он выпросил и даже принёс в обмен другие.

— Или мне придётся ждать записи в клубе коллекционеров? — провокационно мурлычет Элор. — М-м?

Клуб коллекционеров… хоть хватай сокровища и беги: надпись грозит появиться весьма провокационная. А вот если бы в клуб я благоразумно вступила, не пришлось бы сейчас витрины собой прикрывать: Элор бы не имел права до моего сокровища домогаться!

Впрочем, за сокровищем он вроде не лезет, а вот меня в шею целует. Нежно так. И при этом продолжая улыбаться.

Понял, что мои сокровища связаны с ним.

Может, о запахе не догадался, но полагает, что покрывало должно побыть его собственностью, чтобы превратиться в сокровище.

— Моя скрытная прелесть, — Элор обхватывает меня за бёдра, ещё более подтверждая отсутствие намерений потрошить тайник. — Зачем же ты это скрываешь? Твои сокровища сейчас уязвимы. Но я могу помочь их защитить даже без клуба коллекционеров. И увеличить их число могу, я правильно понимаю?

Поджав губы, гордо вскидываю голову. Элор продолжает целовать шею, гладит мои бёдра.

— Ри, что мне сделать, чтобы твоих сокровищ стало больше? — провокационно шепчет Элор.

— Больше мягких, пушистых, прекрасных покрывал… Таких уютных. Таких разнообразных…

У меня фантазия мгновенно активизируется и слюнки текут. Изверг! А его руки всё скользят по бёдрам.

— Много сокровищ… твоих чудесных сокровищ…

Кажется, у меня сейчас разорвётся сердце. От предвкушения. И прежде, чем случилось это печальное событие, я выдавливаю:

— Полежи… на них голый…

Руки Элора едва заметно дёргаются, замирают.

— Даже так, — удивлённо произносит Элор и улыбается.

— А тебя можно положить рядом голую? А да, точно можно, мы же проверяли. Что ж, я только за!

Стукаю его по плечу:

— Я серьёзно!

— Я тоже, — во все зубы улыбается Элор. — Мне очень нравятся твои сокровища!

Стукаю ещё раз, но на его самодовольную улыбку это никак не влияет.

* * *— Значит, запах… — тянет голый Элор с шёлковых простыней."

"— Угу, — соглашаюсь я, радуясь тому, что от разговора о моменте запечатления удалось увильнуть поцелуями и ласками.

Радуясь и упаковывая новое пёстрое сокровище в витрину.