Секретарь старшего принца 8

Взгляд вампира обращается на ранку Нергала, на ничего не выражающем лице появляются непонятные эмоции. Сейчас вампир вернётся к кровопийству, а потом может больше не заговорить!

— За что ты уничтожил мой род?! — судорожно выкрикиваю и шагаю к нему.

Воздух сгущается до невозможности. Его чудовищно трудно вдыхать. От напряжения темнеет в глазах. Но я стараюсь. Втягиваю в себя колючую густоту. Толкаю себя телекинезом, телекинезом пытаюсь дотянуться до высшего вампира.

— Дракон не может подойти к богу вампиров, — он наблюдает за моими усилиями. — Ни при каких обстоятельствах.

— Ты должен… мне… ответить, — хриплю я, продолжая отчаянно рваться вперёд.

В голове гудит, коже и лёгким больно, но если это безумное упорство привлекает высшего, заставляет его говорить — я буду пробиваться к Нергалу.

— Я ничего тебе не должен, — снисходит до ответа вампир.

— Ты… — шиплю я, — уничтожил… мой род, по всем… правилам…

К богу я не приближаюсь ни на миллиметр, упрямо и бесполезно напираю на невидимую преграду. Боль… я знаю, как её заглушать. Как отказываться от боли на время. И я убираю её импульсы.

Тело немеет. Но сразу становится легче. Жжение в лёгких мешало вдыхать отравленный воздух. Теперь не мешает. Проще сосредоточиться. Остаётся только потемнение в глазах. Но мне не надо видеть вампира, мне надо его слышать.

— …по всем… правилам… — я не показываю своего облегчения, — ты должен… мне… объяснить…

— Я похож на того, кто соблюдает правила? — в равнодушии проскальзывает эмоция: не удивление, не негодование… любопытство?.. нет…

— Нет, — признаю я сиплым шёпотом. — Но… ответь… Пожалуйста.

Ответь-ответь-ответь!

— В обмен на убийство потенциальных избранных рода Аран культ Бездны убрал, заменил на лояльных и перевербовал агентов, следивших за нашей деятельностью в Эёране.

В его голосе почти нет эмоций. Нет интонаций, свойственных старым архивампирам. Не слышна скука уставшего от долгой жизни существа.

Он слишком спокоен.

Так повлияло невероятное долголетие? Или бестелесная сущность?

— Неправда! — я стараюсь выглядеть измученно и дерзко одновременно: всё же дерзость обратила на себя внимание вампира. — Я видела воспоминания убийц моей семьи: они пришли не потому, что я потенциальная избранная наследника.

— Мне показалось, я ясно дал понять, что нам за это просто заплатили…

От этой безапелляционной прагматичности подкатывает тошнота, но я сосредоточена на голосе, выискиваю в нём эмоции:

— Не думай о себе и своём роде слишком многого, драконессочка. И спрашиваешь ты совсем не того: не занимаюсь я подобными мелочами. И имени бы твоего не знал, не запугай ты моих суетливых слуг.