Секретарь старшего принца 8

На совершенно законных основаниях! И не могу сдержать невольной улыбки.

* * *Нашим сыновьям щекотка определённо нравится. Даже мне щекотно от того, как они пищат, хрюкают и извиваются под пальцами Элора. Нависнув над ними, он улыбается и никак не может остановиться — до того счастливыми выглядят Ринарр и Эйрран."

"Да и я сама, лежащая рядом, хоть и не пытаюсь считывать их ошеломительно яркие чувства, не смогла бы остановиться, видя такой восторг. Даже кружащиеся над нами магические сферы тоже как будто от радости пляшут.

— Ути, мои маленькие, ути, мои хорошенькие! — прохаживается Элор по пузикам, — кому-то нравится щекотка, нравится, не то что вашему дядюшке. Вот он удивится. А потом мы его вместе защекочем!

Смеясь и дрыгая ручками и ножками, Ринарр и Эйрран елозят всё активнее. Вдруг их пальчики удлиняются, выпускают коготки. На коже тёмными пятнышками вспухают чешуйки. Ринарра и Эйрана выгибает пробившимися из спин крыльями, шеи удлиняются, личики трансформируются в мордочки. Малышам всё ещё щекотно — от трансформации. И весело. Ринарр, удивлённый новыми ощущениями, вытягивает шею и кусает застывшего Элора за палец.

— Ай! — охает Элор и тут же получает кусь на другую руку — от Эйнара.

Теперь перед ним лежат два почти угольно-чёрных довольных дракончика, урчат. Магические сферы кружатся, подсвечивая их со всех сторон, играя отблесками на чешуйках. И, видимо, из-за навернувшихся слёз кажется, что тёмные чешуйки отливают разными цветами.

Как быстро пролетел год.

Элор с благоговением и ужасом поднимает взгляд на меня:

— Они… они… обернулись!

И я понимаю охватившую его тревогу: мы так долго были здесь вчетвером, закрытые от мира, а теперь в этот мир надо возвращаться, знакомить с ним сыновей. И оставить их на кого-нибудь на время свадебных церемоний. А ведь это не единственное, что нам надо сделать.

* * *Выход из уютной норки мы откладываем на неделю: не надышались ещё покоем и друг другом. Но жизнь продолжается, а ради нашего удовольствия не стоит жертвовать только появляющейся репутацией сыновей: сейчас все драконы правящих родов ждут, на какой день случится оборот, оценивать наших малышей пока будут по этому признаку.

Для выхода Элор приготовил нам чёрные бархатные наряды, моё платье — с серебряными узорами, его костюм — с золотыми.

Ринарра и Эйррана мы одеваем в белые удобные сорочки с открытыми спинками.

По традиции именно драконесса выносит ребёнка из норы, но по круговой галерее к выходу Элор несёт Ринарра и Эйррана сам, ведь «они же тяжёлые, я помогу, помогу», позволяя безжалостно дёргать рыжие кудри, чуть не скидывая корону.

— Не терпится посмотреть на мир? — воркует Элор, поворачиваясь то к одному, то к другому, и стараясь высвободить пленённые пряди.