Секретарь старшего принца 8

Показательно кроваво.

Их целями станут все люди здесь, во дворце.

Мои вассалы."

"Все существа, так или иначе связанные с моим родом, моей собственностью.

Коллеги из ИСБ.

Слуги.

Элор.

Элор в первую очередь, потому что он мой избранный. Он правящий дракон, но не бессмертен. И не готовился сражаться с вампирами.

За своё унижение Неспящие будут бить по всем слабым местам предельно жестоко.

Всё так же стоя на колене, я прикрываю глаза. Просто на миг представляю: кровавые лужи и брызги в этом дворце, трупы здесь, тошнотворный запах крови и смерти, обезглавленный Элор — и пустота во мне вздрагивает, наполняясь леденящим холодом.

Рука сама толкает Жаждущего обратно в ножны.

Внутри всё так же холодно, и головы Неспящих над воротами дворца — это было бы изумительно чудесно, это… да у меня при мысли об этом сердце наполняется злорадным удовлетворением, предвкушением и почти азартом, но…

Так рисковать я не могу.

* * *Три вампира. Три беспомощных обрубка, прикреплённых к стене, словно головы животных в охотничьих залах. Добыча. Сейчас эти твари бродят в лабиринтах своих страхов, иногда просыпаются, чтобы осознать весь ужас положения и вновь рухнуть в кровавые игрища, где разрываемыми на части жертвами становятся уже они.

Их сознания всего за одну ночь расколоты безумием.

И эти безумные сознания открыты для моего изучения. Омерзительны, довольно перепутаны, но открыты так, как не бывают открыты сознания психически здоровых существ.

А я сижу на пыточном кресле напротив вампиров и перебираю кусочки чужой памяти в поисках ответов на мои вопросы. В поисках информации.

Эти трое — не самые ценные экземпляры. Их вызвали в Эёран ради моего показательного уничтожения: доделать грязную работёнку. Они далеки от политики ордена, занимались бытовыми вопросами: поиск жертв, налаживание торговых и политических связей в признанных мирах, помощь в укрывании преступников.

Время от времени я записываю имена, явки и пароли на прикреплённые к планшету листы — просто чтобы потом не возвращаться к этой мерзости.

«Прослушиваю» бесчисленные разговоры.

Так вот — эти трое знают мало. А вот умершим прямо сказали, что у них два варианта: либо закончить дело, либо сдохнуть. Третьего не дано. Поэтому они и предпочли расстаться с жизнью. Возможно, тут не обошлось без ментальных установок, но мои «подопечные» точно не знают.

Этих троих сочли неспособными в случае пленения раскрыть планы Неспящих.

Но я не теряю надежду отыскать в обломках их памяти что-нибудь полезное. Потому что можно и не участвуя в политике знать: сплетни и разговоры за выпивкой никто не отменял. Хвастовство опять же.