Сердце Драокна. Сборник, часть III

— тогда давайте, напоследок, допьем чай и, раз разговора не получается, можете возвращаться оттуда, откуда пришли, достопочтенный Алай и достопочтенная Ираэл.

И генерал, как ни в чем не бывало, с абсолютно каменным лицом продолжил пить чай.

— Да что ты себе… — уже было вспылил Алай, но его остановила Ираэл.

Она власть сжала его плечо и, отсалютовав Хаджару пиалой, немного отпила. Какое-то время они сидели молча… если не принимать во внимание Хельмера, тихонько нашептывающего себе под нос похабные стишки.

— Яшмовый Император готов предложить вам три десятка вишневых нектаров и килограмм ягод, — сделала, наконец, предложение Ираэл.

— Этого хватит, чтобы ты, Безумный Генерал, смог за короткий срок стать Старшим Богом, а половина из тех, кто пришел сюда с твоими знаменами, смогли достичь ступени Бессмертного или, даже Вознестись.

— Три десятка нектаров и небольшой ящик ягод, — повторил Хаджар. — Как щедро с вашей стороны.

Алай уже не просто покраснел, а буквально стал напоминать собой свеклу. Такой же надутый и красный. Местами, правда, розоватый.

Какой забавный бог.

— Тебе так же, Безумный Генерал, позволят остаться в мире смертных, — перешла ко второй части Ираэл.

— Мы создадим для тебя все условия, чтобы ты мог спокойно жить среди смертных, не утруждая себя тяготами Седьмого Неба.

— Тяготы Седьмого Неба… Нет, ну ты слышал, Хельмер. У них, оказываются, тяготы.

— Ага, Хаджи, сейчас пущу скупую слезу сочувствия.

Теперь уже и Ираэл покраснела.

— Послушай сюда, смертный, — прошипела она, вновь скинув свою маску любезности. — я не знаю, кем ты там себя возомнил, но то, что ты шавка Черного Генерала, не делает тебя им. О, или ты думал, что мы не знаем, что ты носишь в своей душе и благодаря чей силе вознесся сюда? — Ираэл скрестила руки на такой же, как и она сама, квадратной груди.

— Но ты лишь пешка, Хаджар. Бесполезная, слабая пешка, которая даже свою плешивую дочь…

Ираэл захрипела. Она забила руками, заскрежетала ногтями, но так и не смогла разжать хватки. Хватки пальцев Хаджара, левой рукой сжавшего её горло.

Правой же, тыльной стороной, он отвесил пощечину Араэлу и тот, захлебываясь кровь и выбитыми зубами, упал без сознания.

— Ты ошиблась, бог, — Хаджар поднялся на ноги и, не сгибая руки, поднял на весу и Ираэл.

— Мы пришли сюда не разговаривать. Прошло время слов. Между нами кровь. И эта кровь будет пролита.

Он сжал пальцы еще сильнее, позволяя всей той ярости и гневу, что копились в его сердце многие века, выплеснуться наружу. И Ириэл, заглянув ему в глаза, побледнела.

— Нас не купишь вашими обещаниями, — Хаджар поднял богиню так, чтобы её увидели и стоявшие в низине всадники. Те схватили оружие и уже было побежали на помощь, но путь им перегородил залп стрел. — И мы не ведем переговоров.