Сердце Драокна. Сборник, часть III

Испуганные, растерянные боги, лишившиеся своих сил, мусолили одну единственную тему — как же им плохо и тяжело в образе смертных.

Не говоря уже о том, что они не могли друг друга узнать, потому что их лица и фигуры подверглись обратному изменению.

Наверное, Хаджар должен был злорадствовать, но, если честно, ему было абсолютно плевать.

В данный момент он думал совсем о другом.

Так, прислушиваясь и приглядываясь, спустя примерно полчаса, они добрались до склада.

Глава 1928

На подъезде к складу — единственному зданию, находившемуся около площади, что позволяло подъехать сюда не одной, а нескольким телегам, их встретила простой внешности женщина.

Средних лет, среднего телосложения и абсолютно сырым голосом, напоминающим звук, когда листья падают на мокрые камни.

— Что везете? — спросила она, не отвлекаясь от бумаг, которыми был завален её стол, стоявший на улице.

Сам склад скорее напоминал вытянутый по длине, нелепый сарай, у которого половина стен была каменной, половина деревянной, а крыши и вовсе — из глиняной черепицы и соломы. При этом он выглядел косым, кривым и вообще непонятно каким образом не складывался внутрь под собственным весом.

Такое впечатление, что здание лепили дети, опираясь на рассказы трех разных людей из разных стран и времен.

— Мясо, ягоды, коренья, хворост.

Женщина, несмотря на свою «усредненность» выглядела, как и тот стражник у ворот, абсолютно спокойной. За время пути к складу, Хаджар успел заметить, что среди богов, порой, попадались и те, кто сумел сохранить самообладание и не поддавался паники.

Это плохо.

Лучше было бы, чтобы таких и вовсе не оказалось."

"— Хворост? — она, наконец, оторвала взгляд от бумаг и подняла глаза на визитеров.

— Что такое хворост?

Хельмер молча указал на связки сухой древесины, лежащие между бочками.

— А, ветки для огня! — чуть ли не выкрикнула каптенармус, только вот заведовала она не оружием и боеприпасами, а просто — припасами. Но завхозом называть человека с явно воинской выправкой язык не поворачивался. — Так бы и сказали, а то хворост еще какой-то… так мы, скоро, совсем в смертных превратимся. Надо держать свое достоинство даже перед лицом опасности!

Хаджар, насколько мог незаметно, пнул по ноге Хельмера, уже явно готово опустить несколько шуток на тему « держать свое достоинство».

— Оставьте телегу здесь и отправляйтесь обратно в расположение, — она сделал несколько взмахов над пергаментом, размазывая по нему кляксы и чернила, после вручила Хельмеру записку, на которой, с трудом, через разводы и абсолютно нечитаемый почерк узнавалось короткое:

« Припасы доставлены».

Видимо даже писать простыми кистями и чернилами на Седьмом Небе было не принято.

— Благодарю, достопочтенная, — поклонился Хельмер.