Сердце Драокна. Сборник, часть III

Не даром их боялись и уважали на поле брани.

Другое дело — честная дуэль один на один. Если войти с лучником в партер, то у последнего не оставалось практически ни единого шанса, чтобы выжить.

— Проклятье, — выругался Шенси, обнажая саблю и кинжал. — это единственное, что тебя сейчас заботит?

— Малолетка прав, — на теле Алба-удуна вспыхнули его татуировки, глаза затопило оранжевым сиянием, а топоры запылали яростным пламенем. — чтобы это ни было, оно не спешит нас атаковать.

Густаф и гном оказались правы. Создание все так же оставалось неподвижным. Оно стояло поперек тропы, по которой шел отряд, но при этом стояло неподвижно.

Расколотый, листовидный щит в левой руке слегка отставлен в сторону. Тело, от пята до плеч, покрывала странная броня. На вид она была сделана из кожи, но в то же время в некоторых местах сквозь странный материал просвечивала зеленоватая сталь.

Будто действительно легенда о Горшечнике не обманывала и те воины, что облачились в созданную им броню, растворились в ней своей плотью.

Наплечник из той самой стали, покрытый неизвестными символами и рунами лежал на правом плече. Он слегка сиял и выглядел грозно.

Но не так грозно, как капюшон и меч создания.

Под плотной накидкой, закрывающей голову, не было видно ровным счетом ничего. Только пропасть тьмы, внутри которой, кажется, таилось нечто… разбитое и расколотое. Нечто, ждущее шанса, чтобы отправиться дальше. Сбросить эту искусственную плоть и найти свой покой.

Покой…"

"Это создание отчаянно ждало покоя. Ждало суда праотцов, чтобы те рассудили дела своего потомка. Чтобы ждать перерождение либо за столом предков, либо во тьме бездны. Но даже голодная пропасть холодной тьмы будет лучше той, что заменила некогда славному воину его лицо.

Хаджар вздрогнул от наваждения.

Ему показалось, что это не он заглянул внутрь того, что осталось у существа от его сознания, а оно само затянуло Хаджара внутрь себя. Чтобы тот ощутил все то одиночество и жажду смерти, пронесенные древним воином через неисчислимое количество эпох.

— Я пойду один, — произнес Хаджар.

— Хаджар-дан, — подался было вперед Алба-удун, но Гай положил руку на плечо гному и покачал головой.

— Этот солдат опоздал на свидание к смерти, — произнес он ледяным голосом.

— его единственный шанс восстановить свою честь — славный поединок.

Густаф снял стрелу с тетивы, Иция обернула кнут вокруг руки, а Шенси вернул саблю и кинжал обратно в ножны.

— Видят боги, это нужно им обоим, — цокнул он языком и скрестил руки на груди, но этого Хаджар уже не видел и не слышал.

Его простые одежды, сшитые некогда Аркемейей из льна и холщи, легли ему на плечи броней Северного Неба. Да, так назывались одеяние, сшитые ему королевой Холода и Ночи — Мэб. Теперь он это знал.