Шлейф сандала (СИ)

- Я уже все решила! – горячо заверила меня Минодора. – И от задуманного не отступлюсь!

- Что ж, тогда начнем с самого главного, - я поднялась и заложив руки за спину, стала расхаживать перед ней с умным видом. – Знаешь, что самое главное?

- Может, в сарае ее запрем на месяц? – раздался из-за приоткрытых дверей голос Прошки. – И жрать не давать! Схудает как пить дать!

Я захлопнула дверь перед его любопытным носом и продолжила:

- Так ты знаешь, что самое главное?

- Не-ет… - отрицательно покачала головой Минодора. – А что?

- Питание! – я подняла вверх указательный палец. – Но жрать, к сожалению, гораздо интереснее, чем худеть.

- Матушка говорит, что у нас в роду все сдобные. Не в кого мне худой быть, - изрекла знакомый мне тезис Минодора. – Как с этим быть? Кровь не водица.

- Глупости! Это отговорка тех, кто не желает приложить усилия и заняться собой! – возразила я. – Вот с питания и начнем!

- Голодать придется? – обреченно вздохнула девушка. В ее глазах появилась тоска. – Но я готова! Ты не подумай, что я безвольная! Поясок затяну, слюнку за губу втяну и отмучаюсь как-нибудь.

- Зачем же голодать? – улыбнулась я.

– Ни в коем случае нельзя терпеть голод! Кушать нужно пять-шесть раз в день!

- Дак ее батюшка с дому выгонит, - в комнату вошла Акулина со стопкой чистого белья. – Пять раз в день кушать, это ж никаких запасов не хватит! И рулонов на платья.

- Неужто похудеть можно, ежели столько откушивать? – глаза Минодоры стали круглыми. – Я ведь только три раза трапезничаю… ну и пару калачей или булок могу съесть. Мёда плошку или варенья… Молочка кувшин, сметанки… но это ведь малость такая…

- О-о, нет! Никаких булок и калачей! Ничего сладкого! – я рассмеялась, увидев, как она побледнела.

– Нам ведь нужно, чтобы дело быстрее пошло, так?

- Так, - согласилась девушка. – И чего же кушать тогда?

- Кору грызть, - захихикала Акулина. – Заодно и зубы покрепчают!

- Иди ты! – огрызнулась Минодора и недовольно посмотрела на меня. – Что-то у тебя слуги больно разговорчивые!

- Это да… распустила я их, - я покосилась на Акулину. – Пороть, наверное, начну.

Служанка фыркнула и вышла, оставив нас наедине. Нужно провести со всеми разъяснительную беседу. Дружба дружбой, но следует следить за языком при посторонних.

- У нас на конюшне порют… - вздохнула Минодора.

– Чтоб неповадно было супротив батюшки даже слово молвить! Порют и солью посыпают, порют и солью посыпают…"

"Я даже не сомневалась, что именно так и делают. Можно было лишь посочувствовать слугам Жлобина.

- Так чего там с едой? – нетерпеливо поинтересовалась купеческая дочь. – Чем же мне лакомиться теперь?

- Запоминай тогда. Соли меньше кушай, приправ всяких, копчений. Все блюда пусть тебе варят, запекают или на пару готовят. От жареного отказаться! Ни булок, ни сладкого.