Штрафники не кричали «Ура!»

По ней словно рашпилем прошлись.

— Как ты? — спрашивает Ульман. Его басовитый голос еле слышен среди разрывов и беспорядочной стрельбы. Впереди, среди воплей раненых и криков, они различают несколько связных фраз. Кричат, что по ним бьет своя же артиллерия, засевшая в русском колхозе."

"Отчетливо различается резкий, пронзительный голос герра майора. Он пытается командовать батальоном, пересыпая свои приказания ругательствами. Суть его приказаний в том, чтобы немедленно уйти с прямого направления. Именно по нему лупят гаубицы. Батальон должен рассредоточиться по флангам и выйти к колхозу двумя группами.

— Все нормально… — Отто приходит в себя, поправляет пулемет и снова удобнее перехватывает носилки. — Вперед, Ганс. Мы движемся правильно…

Они буквально бегом проходят еще несколько шагов.

— Черт, я не могу различить ничего перед носом… — с опаской бросает Отто назад. — Почему такая непроглядная темень?…

V

Ганс Ульман не успевает ответить. Отто даже не успел понять, что произошло. После очередного шага, оттолкнув ногу, он не нашел для нее опоры впереди. Весь он оборвался в пустоту. Единственное, что успел сделать Отто, это каким-то чудом изворотливости отбросить назад носилки и левой рукой перехватить ствол пулемета.

Он упал вниз. Его приняло что-то мягкое. Склон! Он катился по рыхлой, сыпучей земле, став одним целым со своим оружием. Пулеметные ленты принимали на себя тычки камней и грунтовых выступов.

Несколько секунд спустя, после того как низвержение Отто кончилось, он еще лежал ничком. Сознание, ошарашенное, сбитое с толку жестким кульбитом, приходило в себя постепенно. Отто боялся пошевелиться. Шея вроде цела. А руки, ноги?… Черт его знает… Все болит. Особенно сильно — левое колено. Похоже, во время этого гигантского слалома он двинул по колену прикладом пулемета. Не хватало еще переломать себе кости. Резких болей вроде не ощущалось. Какой-то шум, по нарастающей, возник над головой.

Отто только-только успел отползти в сторону, как на его место сверху съехал Ульман. Отто различил в темноте силуэт какой-то бесформенной кучи у Ганса над плечами.

— Ульман, где лейтенант? — Отто попытался подняться на ноги. Ему мешали пулемет и ленты с патронами.

— Лейтенант со мной… — коротко прохрипел солдат. Он наклонился, аккуратно сняв со своей шеи и плеч тело Паульберга. Герр лейтенант застонал. Только теперь Отто понял, что Ульман попросту взвалил его на плечи и так спустился следом.

— Что это за место? — почему-то шепотом спросил Отто, пытаясь оглядеться вокруг. Звезды над головой стали как будто крупнее. Темные силуэты склонов устрашающе выделялись на чуть более светлом фоне звездного неба. Но разглядеть что-либо дальше десяти шагов не удавалось.

— Не знаю… — ответил Ульман.