Измена. Право на сына (СИ)

Не только у тебя все рушится, но у него.

— А кто в этом виноват?! — зло отзываюсь я."

"— Он хочет сказать, что мужики агрессивные тугодумы, — шепчет Вика. — И практически неспособны на мыслительный процесс в момент, когда вскрывают их двойную жизнь. И на измены они идут не от большого ума, расчётливости и способности осознавать свои поступки. И безмозглыми гориллами они перестают быть лишь тогда, когда им в ответочку становится больно, но тоже не сразу. И иногда они сами себя толкают к тому, чтобы им было больно, к кризису, потому что тупые и иначе не умеют. Им нужна, как сказал, дядя суета, в которую они обязательно втянут жену, чтобы она еще сверху добавила воспитательной оплеухи.

Валерий закрывает глаза и приподнимает брови.

— Я не хочу его воспитывать.

— и в разводе тебе придется его воспитывать, Уль, — Вика откидывается назад и скрещивает руки на груди. — Верить в то, что он отвалится от вас с сыном бессмысленно. В этом Валера прав.

— Тогда я должна бежать. Сменить документы.

— Да, давай, раздраконь психованного мужика еще больше, — Валерий снисходительно смотрит на меня. — Или же ты хочешь, чтобы он за тобой побегал?

— Что? — хочу выплеснуть остывший чай в его лицо.

— Я тебе и так скажу, что побегает, найдет и вернет. Есть в этом своя романтика, конечно, — Валерий притягивает к себе Вику и целует в макушку. — Я бы за тобой побегал.

— Прекрати, — Вика шутливо отмахивается от него, краснеет и обращается ко мне, смущенно приглаживая волосы. — Не ведись на его провокации, Уль. За всеми этими скандалами, твоими истериками, его срывами он позволяет себе не думать и тоже скалит зубы.

Слышу тихую вибрацию, и Вика торопливо отвечает на звонок:

— Дядя? Да, рядом.

Ставит на громкую связь, и раздается мрачный голос дяди Юры:

— Никто дозвониться до нее не может. У нее муж в реанимации, а она без связи.

Бессовестная. Что за жена такая?

— Она слушает, — Вика хмурится. — Говори. Что там? Живой?

— Его в кому медикаментозную отправили, — дядя Юра зевает, будто говорит о погоде.

— Что?! — в ужасе шепчу я.

— Дергался много, — дядя Юра фыркает. — Прям разошелся. Очнется и бежать куда-то надо, потом опять плывет, судороги... Загонял тут всех. Витя! Да хорош дымить, как паравоз! Все сигареты уже скурил у девочки, а у нее зарплата маленькая, чтобы таких халявщиков, как ты, угощать. И, вообще, нам с тобой завтра в теннис играть! Ни чо не знаю, Витя! Да, ты заменишь Макара. Будем две калеки ползать по корту. У одного колени, а другой задыхаться и кашлять, как я погляжу, будет. Господи! Выплюнь каку, старый ты идиот! Да твою ж дивизию, Витя!

На фоне лающий кашель, ругань и раздаются гудки, а я роняю чашку. Звон осколков. Вика и Валерий молчат.