Измена. Право на сына (СИ)

. — повторяю я и срываюсь в невнятные жалобы о том, что я плохая мать и что даже теперь грудью не могу кормить.

Жалуюсь на истерики Темы, которые я не в силах успокоить, на то, что он злится на меня и что я теряю с ним связь. Половину слогов глотаю, всхлипываю и прячу лицо в ладони. Я так устала, и я не вывожу.

— Сама выгнала мужа, а теперь ревешь, — фыркает дядя Юра и подхватывает бутылочку со стола.

— Он сам ушел, — подпираю лоб кулаками, и с кончика носа капает слеза на столешницу.

— Тогда вы оба кукухой поехали?

— Уходите, Юра, — шепчу я.

— А кто меня выгонит? — подносит бутылочку ко рту Артема, который недовольно плюется и отворачивается. — Почему ушел?

— Потому что ему тут не нравится, — поднимаю взгляд.

— А тебя почему с собой не взял? — дядя Юра отставляет бутылочку, и Артем опять сосет палец, поглядывая на него со смесью любопытства и настороженности.

— Потому что я ему не нужна, — и пусто в груди от своих слов.

Дядя Юра устало смотрит на Дину, которая в ответ лишь разводит руками.

Не нужна. Оказывается, в Макаре была потребность, чтобы я была рядом, и я ее чувствовала. Да, извращенная потребность, но ее не стало. Я для него чужой человек, и от осознания этого я не сплю ночами и мне холодно. Во мне-то остались воспоминания о моей влюбленности, о моем восторге, когда он обнимал меня и лениво целовал в макушку.

— Как у вас все запущено, — мрачно подытоживает дядя Юра. — вот честное слово, идиот и идиота, — всматривается в лицо Артема, — и как в этом бардаке не реветь, да? Я уже сам готов тут орать, но не мне не положено. Вот меня точно не поймут и никто не посюсюкает, а мы это мы очень любим, пусть и скрываем."

"Артем смущается, улыбается и тянет ко мне ручки. Сердце замирает.

— А вот теперь можно и к маме, — беззлобно усмехается дядя Юра. — Показали характер и хватит на сегодня.

Глава 44. Домой

Переворачиваюсь с одного бока на другой, хочу обнять Ульяну, но не нахожу ее.

Шарюсь рукой по пустой половине кровати и окончательно просыпаюсь под вспышкой паники и тоски. Ложусь на спину, накрываю лицо рукой и жду, когда отпустит.

Обычно отпускает через пару минут. И как же бесит, что Макар, который наворотил кучу дел, все еще часть меня. И я не хочу, чтобы он возвращался, потому что он слабый, придурочный неадекват, который сломался.

Ночная тьма вибрирует тихой мелодией на тумбочке, тяну руку к телефону, что лежит на и не глядя, кто звонит, отвечаю:

— Да?

— Он не спи! — раздается в трубке ехидный голос дяди Юры.

— Чего тебе?

— Я объявляю сбор мужицкого клуба.

— Юр, не заставляй меня тебя слать в известном тебе направлении.

— часть нашего клуба отморозилась, — невозмутимо отвечает он. — Твой папка. И он сказал, что сегодня ты за него.

Сажусь и потираю лоб.